Роман алексеевич фандо: Страница не найдена — Журнал «Историко-биологические исследования»

Фандо, Роман Алексеевич - Становление генетики человека в СССР в первой половине XX в. : теоретические и социокультурные аспекты : автореферат дис. ... доктора биологических наук : 07.00.10


Поиск по определенным полям

Чтобы сузить результаты поисковой выдачи, можно уточнить запрос, указав поля, по которым производить поиск. Список полей представлен выше. Например:

author:иванов

Можно искать по нескольким полям одновременно:

author:иванов title:исследование

Логически операторы

По умолчанию используется оператор AND.
Оператор AND означает, что документ должен соответствовать всем элементам в группе:

исследование разработка

author:иванов title:разработка

оператор OR означает, что документ должен соответствовать одному из значений в группе:

исследование OR разработка

author:иванов OR title:разработка

оператор
NOT
исключает документы, содержащие данный элемент:

исследование NOT разработка

author:иванов NOT title:разработка

Тип поиска

При написании запроса можно указывать способ, по которому фраза будет искаться. Поддерживается четыре метода: поиск с учетом морфологии, без морфологии, поиск префикса, поиск фразы.
По-умолчанию, поиск производится с учетом морфологии.
Для поиска без морфологии, перед словами в фразе достаточно поставить знак "доллар":

$исследование $развития

Для поиска префикса нужно поставить звездочку после запроса:

исследование*

Для поиска фразы нужно заключить запрос в двойные кавычки:

"исследование и разработка"

Поиск по синонимам

Для включения в результаты поиска синонимов слова нужно поставить решётку "#" перед словом или перед выражением в скобках.
4 разработка

По умолчанию, уровень равен 1. Допустимые значения - положительное вещественное число.
Поиск в интервале

Для указания интервала, в котором должно находиться значение какого-то поля, следует указать в скобках граничные значения, разделенные оператором TO.
Будет произведена лексикографическая сортировка.

author:[Иванов TO Петров]

Будут возвращены результаты с автором, начиная от Иванова и заканчивая Петровым, Иванов и Петров будут включены в результат.

author:{Иванов TO Петров}

Такой запрос вернёт результаты с автором, начиная от Иванова и заканчивая Петровым, но Иванов и Петров не будут включены в результат.
Для того, чтобы включить значение в интервал, используйте квадратные скобки. Для исключения значения используйте фигурные скобки.

Женщины-ученые «в тени» известных мужей Текст научной статьи по специальности «История и археология»

ЖЕНЩИНЫ В НАУКЕ

Роман Алексеевич Фандо

кандидат биологических наук, заместитель директора по науке Института истории естествознания и техники им. С. И. Вавилова РАН, Москва, Россия; e-mail: [email protected]

Женщины-ученые «в тени» известных мужей

УДК: 93.929/316, 001+331.218 DOI: 10.24411/2079-0910-2020-12007

В статье рассмотрены биографии российских женщин-ученых: М. П. Садовниковой-Коль-цовой, Р. И. Серебровской, Е. И. Барулиной-Вавиловой, Е. Н. Сахаровой-Вавиловой. Эти женщины, кроме того что занимались наукой, были женами основателей отечественной генетики: Н. К. Кольцова, А. С. Серебровского, Н. И. Вавилова. Основной задачей нашего исследования стала реконструкция научных биографий названных женщин. Использование биографического подхода позволило выявить общие черты изучаемых «ученых дам» и сформировать своего рода социокультурный портрет жен выдающихся исследователей. Предлагаемые биографии женщин, которые были свидетелями трансформаций политической и общественной жизни России начала ХХ в. и драматических периодов жизни своих супругов, помогают восстановить некоторые события истории науки, понять мотивацию их собственных поступков и поступков «отцов-основателей» генетики, проследить подъемы и провалы в истории отечественной науки. Все «героини» окончили гимназии, владели несколькими иностранными языками, в условиях запрета на женское университетское образование изучали естественные науки в частных высших учебных заведениях, чаще всего на Высших женских курсах, принимали участие в революционном движении. Их научные интересы сформировались еще в студенческие годы: во время учебы на Высших женских курсах (М. П. Са-довникова-Кольцова, Е. И. Барулина-Вавилова), в Московском городском народном университете им. А. Л. Шанявского (Р. И. Серебровская), в Московском сельскохозяйственном институте (Е. Н. Сахарова-Вавилова). Во время учебы произошло их знакомство с будущими супругами: у М. П. Садовникой-Кольцовой и Е. Н. Барулиной-Вавиловой мужьями стали их преподаватели, у Р. И. Серебровской и Е. Н. Сахаровой-Вавиловой — их сокурсники. В даль© Фандо Р.А., 2020

нейшем мужья во многом определяли профессиональную мобильность собственных жен, но и последние, в свою очередь, оказали большое влияние на научное становление своих «сильных половин». Женщины зачастую оставались в тени своих «великих мужей», выполняя при этом колоссальную по объему научно-исследовательскую работу. Это положение дел во многом объясняется широко распространенными стереотипами о роли женщины в семье и обществе и сохраняется до настоящего времени.

Ключевые слова: гендерные исследования, биографии ученых, профессиональная карьера женщин, история генетики.

Рассмотрение судеб женщин, которые занимались научной работой и одновременно являлись женами выдающихся ученых, представляет интерес не только для историков и социологов науки, но и для социальных психологов, изучающих такие феномены, как социализация, предрассудки, лидерство, ролевые позиции людей в обществе, гендерные особенности поведения.

Достаточно распространено мнение, что жены известных ученых продвигаются по служебной лестнице, получают ученые степени и звания, публикуются в престижных изданиях только благодаря своим супругам, имя которых становится зеленым светом для научной карьеры женщин. Некоторая доля правды в этом суждении существует, но не стоит следовать стереотипам, так как наука, как и любой социальный институт, развивается не по строгим правилам, а подвержена влиянию различных внутренних и внешних факторов. В науке переплетаются не только идеи, но и множество человеческих судеб, индивидуальных стратегий поведения, социальных и культурных контекстов.

Попробуем на конкретных примерах восстановить траектории научных биографий женщин, мужья которых считаются «отцами-основателями» российской генетики. Основной задачей нашей реконструкции станет определение социального происхождения, общественных взглядов, уровня образования и владения иностранными языками рассматриваемых женщин-ученых. Интерес представляет также выявление роли мужей в предметно-дисциплинарной и профессиональной мобильности своих жен.

Для изучения биографий женщин-ученых нами был применен личностно-пси-хологический подход, который позволяет оценить развитие научных идей с учетом субъективных особенностей генераторов этих идей. Таким образом, в процессе исследования пришлось изменить фокус исследования с макро- на микропроцессы, рассматривая детально различные стороны деятельности отдельных личностей. Этот подход использовался в работах как отечественных, так и зарубежных историков генетики, позволив эффективно решить различные исследовательские проблемы.

Действительно, в истории генетики существовали такие периоды, когда именно личность исследователя диктовала дальнейшее развитие этой науки [Музрукова, Фандо, 2013]. В последнее десятилетие среди историков генетики наблюдается интерес к изучению биографий отдельных ученых. При этом стиль написания биографий изменился в сторону обращения к личным переживаниям, психологическим особенностям героев, их поступкам, увлечениям. Привычный портрет ученого-аскета, часами просиживающего в лаборатории, стал меняться на изображение человека, который интересовался политикой, философией, литературой, общался с родственниками и друзьями, доказывал правоту своих научных убеждений. Совре-

менные биографические издания о пионерах генетики становятся более «живыми» и реалистичными [Шестаков, 2007, Захаров-Гезехус, 2017, 2019, Резник, 2017, Глаз-ко, 2017, 2018, Фокин, Захаров-Гезехус, 2019]. Некоторые биографические работы разрушают сложившиеся в советскую эпоху представления о «классиках генетики» [Сойфер, 2006].

В исследованиях современных историков науки значительное место занимает изучение не только биографий «основателей генетики», но и их критиков, которые в значительной степени изменили развитие всей биологической науки в СССР [Roll Hansen, 2005, Graham, 2016]. М. Б. Конашев впервые провел просопографическое исследование сообщества лысенкоистов, итогом чего стало создание социального портрета критиков «формальной генетики» [Конашев, 2017а, 2017b, 2018].

Социальная история отечественной генетики традиционно ориентировалась на биографии мужчин-ученых, оставляя в стороне женщин-исследователей, которых на заре становления генетики было немало. В 2000-е гг. активизировалось изучение гендерной истории генетики, одновременно как среди российских, так и среди зарубежных ученых. Научным биографиям первых европейских, американских и российских женщин-генетиков были посвящены работы зарубежных [Richmond, 2001, Dietrich, Tambasco, 2007, Stamhuis, Monsen, 2007] и отечественных историков науки [Вишнякова, 2007, Фандо, 2008а, 2013, Авруцкая, 2010].

Недостаточная изученность вклада наших соотечественниц в развитие генетики, с одной стороны, и актуальность анализа гендерных проблем истории науки, с другой, определили выбор тематики предлагаемой статьи. Предметом нашего исследования стали научные биографии жен выдающихся отечественных генетиков первой половины ХХ в. У истоков генетики в России стояли ученые, которые являлись одновременно главами научных институтов и лабораторий; среди них: Николай Иванович Вавилов, руководивший Институтом прикладной ботаники и новых культур (1925—1940) и Институтом генетики АН СССР (1930—1940), Николай Константинович Кольцов, возглавлявший Институт экспериментальной биологии (1917—1939), Александр Сергеевич Серебровский, основатель и заведующий кафедрой генетики биологического факультета МГУ (1930—1948). У всех троих «отцов-основателей» отечественной генетики жены занимались научной деятельностью, но были не так известны, как их мужья. Попробуем реконструировать биографии этих женщин и ответить на вопросы: как они пришли в науку, какую роль в их карьере сыграли супруги, какие между ними были взаимоотношения.

Первая супруга Н. И. Вавилова, Екатерина Николаевна Сахарова (1886—1963), не была генетиком и селекционером растений, она занималась экономикой сельского хозяйства. Биографию Е. Н. Сахаровой впервые подробно изучила М. А. Вишнякова, введя в научный оборот материалы из различных государственных и частных архивов [Вишнякова, 2012a, 2012b]. Е. Н. Сахарова родилась в купеческой семье, отец работал управляющим московскими предприятиями крупного винодела и чаеторговца И.

Ф. Токмакова. В семье росли три дочери: Екатерина, Вера и Надежда. Родители заботились об образовании детей: девочки учились в одном из престижных учебных заведений Москвы — частной гимназии Ю. П. Бесс, изучали с домашней учительницей иностранные языки и другие предметы, посещали музеи и театры. Вот как описывает М. А. Вишнякова уровень гимназической подготовки Е. Н. Сахаровой: «В ее багаже были блестящие успехи по всем гимназическим предметам, вклю-

Е.Н. Сахарова и Н.И. Вавилов. 1912 г.

чая знание трех языков: немецкого, английского, французского. На полках ее комнаты лежали стопы тетрадей с написанными ею по-русски и по-немецки стихами, выписками из прочитанных книг, цитатами из классиков» [Вишнякова, 2012a, с. 607].

В 1905 г. Е. Н. Сахарова поступила на историко-филологическое отделение Московских высших женских курсов, но через год решила перейти вольнослушательницей в Московский сельскохозяйственный институт (МСХИ). В это время женщины еще не имели права наравне с мужчинами быть зачисленными в число студентов правительственных учебных заведений. Только с 1908 г. по инициативе и. о. ректора МСХИ Д. Н. Прянишникова в институт стали принимать без экзаменов выпускниц высших женских курсов и допускать их в качестве экстернов для сдачи экзаменов на звание агронома [Елина, 2018].

В МСХИ Е. Н. Сахарова увлеклась семинарами А. Ф. Фортунатова по сельскохозяйственному обществоведению, где обсуждались вопросы экономики, статистики, права. Благодаря своему учителю она восприняла и поверила в идеи сельскохозяйственной кооперации, стала изучать историю этого вопроса и разрабатывать механизмы внедрения кооперативного опыта в сельскохозяйственную практику. Несмотря на то что Е. Н. Сахарова попробовала себя на агрономической стезе, она решила связать свою научную деятельность с организацией кооперативного движения. Даже после брака с Н. И. Вавиловым в 1912 г. она не поменяла своего решения заняться сельскохозяйственной экономикой, продвигая передовые для того времени идеи кооперации.

В 1913 г. Е. Н. Сахарова отправилась с супругом по предложению Д. Н. Прянишникова на стажировку в западноевропейские сельскохозяйственные центры. В Англии она изучала опыт фермерских хозяйств и агрономических колледжей,

чтобы затем его транслировать в России. Отмечая значительный подъем английского сельского хозяйства, Сахарова констатировала, что причиной этих кардинальных преобразований стала организация товариществ по производству, хранению, переработке и сбыту сельхозпродукции [Сахарова-Вавилова, 1915]. Кроме Англии молодые супруги посетили Францию и Германию, но из-за начавшейся Первой мировой войны были вынуждены вернуться в Россию.

Вернувшись домой, Е. Н. Сахарова стала освещать опыт зарубежной сельхозко-операции в журнале «Кооперативная жизнь». За короткий период с 1915 по 1917 г. она опубликовала там 23 статьи [Вишнякова, 2012а]. В это время кооперативное движение начало активно пробивать дорогу в русской деревне, причем оно не только коренным образом изменило принципы организации сельхозпроизводства, но и привлекло к общественной жизни население глубинки, что выражалось в строительстве народных домов, организации лекториев и других культурно-просветительских начинаний. С приходом советской власти кооперативное движение было свернуто, в связи с огосударствлением предприятий и крупных хозяйств. Активная деятельность Е. Н. Сахаровой на поприще пропаганды кооперации была прекращена, поэтому она переключилась на домашние дела. Осенью 1917 г. Н. И. Вавилов переехал в Саратов для расширения масштабов экспериментальной работы, супруга осталась в Москве. В 1918 г. в семье Вавиловых появился сын Олег. Вскоре в 1919 г. Екатерина Николаевна уехала с трехмесячным ребенком в Саратов. Семейная жизнь вдали от Москвы начала давать трещины. «Именно в саратовский период переполнится чаша копившихся недоразумений и несогласий между супругами, взаимного недовольства друг другом, в основе которых, как считали друзья и знакомые, было разительное несходство их характеров. Ее раздражали его "авантюры", открытость, доступность, желание объять необъятное; он же был недоволен тем, что его, по его же выражению, "держат за фалды"», — пишет биограф Е. Н. Сахаровой [Вишнякова, 2012а, с. 620]. В 1920 г., когда Н. И. Вавилова приглашают на работу в Петроград, супруга отказывается ехать с ним и поселяется в Москве вместе с сыном. 1920 год Н. И. Вавилов проводит в поездках в Воронеж, Саратов, Москву, Петроград, в том же году он проводит в Саратове III Всероссийский съезд по селекции и семеноводству, где впервые презентует закон гомологических рядов, и I Всероссийский съезд по прикладной ботанике в Воронеже, где повторно выступает с докладом об открытом им законе.

На авансцену жизни Н. И. Вавилова выходит его будущая вторая жена, Елена Ивановна Барулина (1895-1957). Она родилась в Саратове в семье служащего. После окончания с серебряной медалью Первой женской гимназии г. Саратова поступила в 1915 г. на Высшие сельскохозяйственные курсы Саратовского общества сельского хозяйства. В 1918 г. курсы были реорганизованы в Сельскохозяйственный институт, который через несколько месяцев вошел в состав Саратовского университета в качестве агрономического факультета, поэтому Елена Ивановна в 1919 г. уже оканчивала Саратовский университет по специальности «ученый-агроном». Исследовательскую деятельность Е. И. Барулина начала со студенческой скамьи, занимаясь селекцией чечевицы. Ее педагогом и научным руководителем был Н. И. Вавилов. По его рекомендации Е. И. Барулина была оставлена на два года при кафедре частного земледелия для подготовки к научной и преподавательской деятельности.

Первым серьезным исследованием Е. И. Барулиной стало изучение вики Vicia, кормового растения из семейства бобовых. Результаты этой работы были доложены

Е. И. Барулиной в июне 1920 г. на III Всероссийском съезде по селекции и семеноводству в Саратове [Барулина, 1920]. Кроме этого, ею был подготовлен раздел о дынях в книге Н. И. Вавилова «Полевые культуры Юго-Востока» [Вавилов, 1922].

В эти годы Е. И. Барулина была незаменимым помощником своему учителю. Разница в возрасте в восемь лет не помешала им влюбиться друг в друга, несмотря на то что Н. И. Вавилов к тому времени был женат и имел сына Олега. Влюбленные писали друг другу трогательные письма, даже когда работали вместе.

В 1921 г. Вавилов переезжает в Петроград заведовать Отделом прикладной ботаники Сельскохозяйственного ученого комитета. Елена Ивановна отправляется вместе с ним. В 1922 г. она становится заведующим отделом бобовых растений, в 1923 г. ее сменяет на этом посту Л. И. Говоров.

Е. И. Барулина начинает занимать- е.И. Барулина и Н.И. Вавилов. 1926 г. ся масштабной агрономической работой в Крыму, Грузии, Армении,

Украине, посещает сельскохозяйственные лаборатории Германии и Италии, где знакомится с опытом зарубежных ученых и параллельно собирает материалы для коллекций Всесоюзного института растениеводства (ВИР). Результаты ее агрономических, селекционных, географических и генетических исследований чечевицы легли в основу фундаментального труда «Чечевица СССР и других стран» [Барулина, 1930]. Она проанализировала более полутора тысяч образцов различных сортов чечевицы и показала, что у родов Latirus, Pisum, Vicia, Lens, трибы Viciae наблюдается параллелизм признаков, что подтверждало выдвинутый Н. И. Вавиловым закон гомологических рядов наследственной изменчивости.

Продолжая начатую еще в студенческие годы работу по изучению засорения посевов чечевицы сорной викой, она пришла к выводу, что многие сорные растения мимикрируют под основные культурные сорта. При этом мимикрия является прямым подтверждением закона гомологичных рядов.

Елена Ивановна также проводила работы по генетике пшениц. Она изучала расовый состав одной разновидности мягкой пшеницы Triticum vulgare var. ferrugineum с целью понимания состава всего линнеевского вида. Подробным образом было проанализировано 50 признаков, по которым отличались расы. В результате были выделены 42 расы: 33 яровых и 9 озимых. Расовые отличия были прослежены Е. И. Барулиной при разных условиях существования, что подтверждало систематическую обособленность выделенных рас [Светозарова, Волузнева, 1994]. Н. И. Вавилов был

бесценным консультантом и помощником в проводимой ею исследовательской работе: он руководил планированием экспериментов, сбором материалов, обработкой результатов, принимал активное участие в обсуждении выводов. Для Е. И. Барулиной он продолжал оставаться и научным руководителем, и любимым человеком.

Несколько лет Н. И. Вавилов разрывался между семьей и своей новой возлюбленной, пока в 1926 г. не получил согласие жены на развод. Оформив отношения с Е. И. Барулиной официально, он продолжал проводить свободное время с сыном и забирал его на лето в Детское Село в новую семью, стараясь обучать и воспитывать своего мальчика [Вишнякова, Клычкова, 2012, с. 117]. В 1928 г. в семье Н. И. Вавилова и Е. И. Барулиной появился сын Юрий. Несмотря на разницу в возрасте более девяти лет, сводные братья хорошо общались.

Работы с чечевицей Е. И. Барулина возобновила в 1931 г., перейдя в лабораторию генетики, руководимую Г. Д. Карпеченко. Совместно с Е. А. Домбровской она провела скрещивания 32 разновидностей из двух подвидов чечевицы, получив четыре поколения гибридов. Анализировались четыре десятка признаков, по которым различались разновидности чечевиц. Было выяснено, что формы из древнейших центров происхождения были носителями доминантных генов, а распространенные на периферии ареала обитания — рецессивных генов. При объяснении отличий в морфологических особенностях чечевиц в разных географических областях Барулина опиралась на вавиловскую концепцию о вытеснении рецессивных генов на окраину ареала. Первое сообщение по данному вопросу Н. И. Вавилов сделал в 1927 г. [Вавилов, 1927]. Эта концепция родилась у него после изучения распространения культурных растений в различных уголках земного шара. В письме, посланном из Африки в 1927 г. В. И. Вернадскому, Николай Иванович Вавилов писал, что, изучая географическое распределение форм в пределах видов, он сделал заключение о снижении числа доминантных форм к периферии [Письма Н. И. Вавилова к В. И. Вернадскому, 1966, с. 141].

В марте 1937 г. в Ленинграде в Большом зале Промакадемии им. И. В. Сталина прошла конференция ленинградских женщин-ученых, куда были приглашены исследовательницы различных специальностей. В заключительной части конференции было принято «Обращение конференции женщин-ученых Ленинграда к работницам науки СССР». В нем отмечались заслуги женщин-ученых на различных научных фронтах, в том числе и заслуги Е. И. Барулиной в селекционно-генетической работе [Нечаева, 2012].

Но счастливая семейная жизнь Вавиловых вскоре закончилась. В августе 1940 г. Николай Иванович был арестован, а затем приговорен к расстрелу. Позднее смертная казнь была заменена двадцатью годами заключения в камере смерти. Вавилов был отправлен в Саратов, где в 1943 г. скончался от истощения.

В начале войны Е. И. Барулина-Вавилова вместе с сыном Юрием эвакуировалась в родной Саратов, не зная, что здесь в тюрьме умирал ее муж. Оказавшись без средств к существованию, она спасалась теми деньгами, которые ей присылал родной брат мужа — Сергей Иванович Вавилов. При этом она продолжала отправлять продуктовые посылки в Москву, думая, что Николай Иванович находится там в тюремном заключении. В 1943 г. Елена Ивановна узнала от старшего сына Вавилова, что муж ее умер. Она долго не могла смириться с этим и ничего не говорила Юрию [Белых, 2007].

После реабилитации генетики в СССР Е. И. Барулина начала активную работу по подготовке избранных трудов Вавилова, разборке и систематизации архива уче-

ного. Благодаря ее кропотливой работе свет увидели неопубликованные рукописи по генетике и селекции сельскохозяйственных культур. Конец своих дней она проживала в Московской области около железнодорожной станции Валентиновка по Ярославскому направлению из Москвы.

Жена основателя школы экспериментальной биологии Николая Константиновича Кольцова тоже профессионально занималась наукой. Мария Полиевктовна родилась в Москве в 1882 г. в семье богатейшего купца-мануфактурщика П. Т. Шо-рыгина. В семье росли четыре сына и дочь, все дети получили прекрасное образование, хотя сам Полиевкт Тимофеевич не имел высшего образования. Единственную дочь отдали на обучение в частную женскую гимназию М. Б. Пуссель. После окончания гимназии Мария владела тремя иностранными языками (английским, французским и немецким), прекрасно разбиралась в литературе и изобразительном искусстве, сама сочиняла стихи и прекрасно рисовала, но больше всего ее привлекала естественная история, изучению которой она и решила посвятить себя. Отец был категорически против желания дочери поступить на Московские высшие женские курсы (МВЖК), а правила приема туда подразумевали наличие обязательного разрешения от отца для незамужних женщин или от мужа — для семейных абитуриенток.

Мария Полиевктовна хотела убежать от купеческого быта и посвятить себя науке, поэтому фиктивно вышла замуж за инженера М.[?] Садовникова, который подписался под прошением «жены» при поступлении на МВЖК [Авруцкая, 2010]. Еще до поступления на курсы она увлеклась зоопсихологией — наукой о поведении животных. Объектами ее первых исследований стали муравьи, осы и пчелы. На протяжении нескольких лет она собирала собственный музей, посвященный жизни и поведению животных. Аналогов этому музею в России не было. Позднее Мария Полиевктовна подарила собранные коллекции Дарвиновскому музею.

Преподавание зоологии на МВЖК было организовано на высоком уровне, так как там работали ученые-энтузиасты, одним из которых оказался Н. К. Кольцов. В 1906 г. он возглавил зоологическую лабораторию, где студентки не только проходили обучение, но и выполняли свои научные эксперименты. Слушательницы III и IV курсов могли самостоятельно выбирать дополнительные предметы, чтобы более квалифицированно подготовить работу на выбранную тему, которую необходимо было защищать по окончании обучения [Fando, 2018].

Диплом 1908 г. Московских высших женских курсов свидетельствует, что М. П. Садовникова прослушала курс на физико-математическом факультете по отделению естественных наук и сдала все установленные факультетом экзамены, а кроме того, специально занималась зоологией1. Сразу после окончания курсов М. П. Садовникову оставили на МВЖК в качестве ассистента. Кроме преподавательской работы она занималась изучением поведения насекомых и опубликовала ряд статей по зоопсихологии. С 1913 по 1916 г. она работала доцентом в Народном университете им. А. Л. Шанявского. В то время это был один из передовых доступных университетов, где внедрялись различные программы и методики обучения студентов. В частности, М. П. Садовникова сама снимала на кинооборудовании документальные ленты о поведении насекомых, а затем показывала фильмы не только слушателям естественно-исторического отделения, но и всем желающим, прихо-

1 Архив Российской академии наук (АРАН). Ф. 450. Оп. 6. Д. 4. Л. 1.

дившим вечером после работы в большую аудиторию Народного университета.

ву он зачислил в штат института только

в 1920 г. Первые 10 лет она заведовала в

ИЭБ зоопсихологическим отделом, а после слияния его в 1930 г. с генетическим

отделом осталась в последнем на должности старшего научного сотрудника. Работу

в институте она совмещала с преподавательской деятельностью в МГУ (1918—1930)

и Педологическом институте (1921—1925).

В ИЭБ М. П. Садовникова продолжила серию работ по зоопсихологии насекомых, с 1922 по 1924 г. она занялась изучением поведения птиц в лабиринте по методу множественного выбора. С 1925 г. работала над проблемой наследственности темперамента крыс, пытаясь объединить зоопсихологические и генетические методы анализа. При решении указанной проблемы М. П. Садовниковой удалось установить несколько наследственных особенностей темперамента и получить несколько поколений крыс с различными генетическими задатками темперамента2. Одним из результатов множественных экспериментов М. П. Садовниковой стала разработка методики определения «общей активности» крыс, где действие цепных условных рефлексов, осложняющих поведение лабораторных животных, было минимизировано. Для определения индивидуальных отличий активности темперамента крыс она использовала колесо Гринмана3 и лично ею разработанные экспериментальные методы и приемы. В пределах обследованных ею популяций крыс наблюдалась высокая корреляция между способностями потомков и их родителей [Садовникова-Кольцова, 1931]. В серии экспериментов с крысами в колесе Гринма-на М. П. Садовникова доказала, что активность некоторых крыс резко меняется с возрастом, а у крыс с другим генотипом непрерывно падает в течение всей жизни [Кольцова, 1934].

2 АРАН. Ф. 450. Оп. 6. Д. 1. Л. 3—4.

3 Колесо Гринмана — вращающийся барабан для определения скорости бега грызунов.

В 1940 г. во время конференции в Ленинграде Н. К. Кольцов был экстренно госпитализирован. 2 декабря он скончался от инфаркта, а на следующий день его супруга покончила с собой, приняв яд в ленинградской гостинице «Европейская». М. П. Садовникова-Кольцова оставила предсмертную записку со словами: «2.12.1940 г. в 9.50 умер мой учитель, друг и муж. Умираю и я. Я слишком больна, чтобы жить одинокой без ухода. Пусть мои друзья простят мне эту последнюю слабость. Прошу наши тела переправить в Москву, сжечь и урны похоронить в могиле моей мамочки. Так же всегда желал этого и Н. К. 3.12.1940»4.

Раиса Исааковна Серебровская (1888-1981) — жена Александра Сергеевича Серебровского, с именем которого связаны исследования ступенчатого аллеломор-физма, труды по эволюционной теории, генетике и селекции животных, организация кафедры генетики МГУ. Родилась Раиса Исааковна в Симбирске в семье еврейского врача. Девичья фамилия Раисы Исааковны была Гальперин (с ударением на последний слог). После окончания женской гимназии в Симбирске она поступила в 1905 г. на Бестужевские высшие женские курсы (Санкт-Петербург), окончив которые в 1910 г. получила специальность зоолога5.

В 1911 г. она поступила в Университет им. А. Л. Шанявского в лабораторию экспериментальной зоологии к Н. К. Кольцову, где и познакомилась со своим будущим супругом А. С. Серебровским, который успевал днем учиться в Императорском Московском университете, а вечером приходил на занятия в Народный университет. В лаборатории Раиса Исааковна была единственной женщиной, которая наравне с мужчинами занималась научными исследованиями: она изучала жизнь коловраток в физиологических растворах, а также влияние ионов редких металлов на изменчивость некоторых видов ракообразных.

11 мая 1912 г. А. С. Серебровский написал в своем дневнике: «Сегодня Раиса Исааковна говорила о том, что есть разные люди: одни, средние, ищут в браке поддержку себе, другие, сильные, в такой поддержке совершенно не нуждаются и им нужна просто женщина, почти безразлично какая, но настоящая женщина. А как быть тем, в ком два человека: один — сильный, творящий, полный веры и мощи, жаждущий женщину, другой — тоскующий и одинокий, измученный уходящей жизнью, жаждущий и алчущий поддержки и сочувствия. Как быть ему? Когда он самой судьбой обречен на вечное скитание от одной женщины к другой, когда он фатально лишен возможности "вечного счастья". Как же быть мне? Во мне эти два человека. Завтра я увижу Р. И. И я скажу ей, что я люблю ее» [Цит. по: Фандо, 2008Ь, с. 254].

В 1912 г. Александр Сергеевич и Раиса Исааковна поженились, а в 1913 г. у них родилась дочка Юлия. В 1914 г. А. С. Серебровский был мобилизован, так как еще будучи студентом записался вольноопределяющимся, затем поступил во Вторую Московскую школу для подготовки офицеров, участвовал вплоть до 1918 г. в военных действиях на Кавказе. Раиса Исааковна в 1915 г. была принята на Тульскую энтомологическую станцию, где проработала до 1918 г. В 1918-1920 гг. вместе с мужем работала на Птицеводческой станции в Тульской губернии, в 1920—1923 гг. — на Центральной генетической станции в Аникове. Начиная с 1928 г. Р. И. Серебров-ская стала научным сотрудником Медико-биологического института.

4 АРАН. Ф. 450. Оп. 6. Д. 14. Л. 41.

5 Центральный исторический архив города Москвы (ЦИАМ). Ф. 363. Оп. 4. Д. 6639. Л. 1.

Р.И. Серебровская и А.С. Серебровский. 1914 г.

В круг интересов Р. И. Серебровской вошло изучение наследственности человека. Первым ее исследованием в этом направлении стал анализ генетики раннего поседения [Серебровская, 1929]. Масштабную работу она провела в области изучения географического распространения дальтонизма [Серебровская, 1930]. В 1931 г. после перехода на кафедру генетики и селекции МГУ Раиса Исааковна переключилась на новый объект исследования — плодовую мушку ВгоиорНПа melanogaster. Р. И. Се-ребровская занялась вопросами мутационной изменчивости, разработкой методик подсчета количественных признаков.

В 1945 г. Раиса Исааковна и Александр Сергеевич пережили тяжелую утрату — при штурме г. Пиллау погибла их вторая дочь Александра (1917 г.р.), которая тоже была генетиком (окончила кафедру генетики МГУ), а в начале Великой Отечественной войны добровольцем ушла на фронт. В 1948 г., незадолго до Августовской сессии ВАСХНИЛ, умер Александр Сергеевич. После официального запрета в СССР генетики Раиса Исааковна осталась без работы. Только в конце 1960-х гг., когда началось возрождение генетики, она занялась подготовкой к изданию научного наследия А. С. Серебровского. До конца жизни Раиса Исааковна, несмотря на болезнь, приковавшую ее к постели, продолжала работать над подготовкой публикаций работ мужа.

Рассмотрев биографии жен выдающихся отечественных генетиков, мы пришли к таким выводам.

Все жены «отцов-основателей» отечественной генетики получили высшее образование, причем даже в период реакции правительства в решении пресловутого «женского вопроса». Наиболее престижными и доступными учебными заведениями для женщин дореволюционной России считались Высшие женские курсы. Р. И. Се-ребровская окончила Петербургские, М. П. Садовникова — Московские высшие

женские курсы. В 1911 г. Р. И. Серебровская подала прошение о зачислении ее на медицинский факультет МВЖК, но правление отказало ей в связи с тем, что она к этому времени уже имела высшее естественнонаучное образование, а на курсы в первую очередь принимались выпускницы гимназий6. Е. Н. Сахарова, поступив на историко-филологическое отделение Московских высших женских курсов, перевелась в Московский сельскохозяйственный институт. По всей видимости, это было связано с тем, что попасть на физико-математический факультет было очень тяжело из-за огромного конкурса. С. А. Сатина, ученый-генетик, эмигрировавшая после революции в США, вспоминала, что поступить на этот факультет было практически невозможно, поэтому женщинам приходилось записываться на гуманитарные циклы [Сатина, 1966]. Е. И. Барулина поступила на Саратовские высшие сельскохозяйственные курсы, но в связи с реорганизацией учебных заведений после революции завершала обучение уже в Саратовском университете.

Все описываемые в статье героини блестяще знали иностранные языки еще с гимназической скамьи. Е. Н. Сахарова выступала переводчиком во время европейских турне Н. И. Вавилова, транслировала в печати зарубежный опыт кооперации по материалам оригинальных публикаций, сама писала работы на английском, немецком, французском и итальянском языках, была активным членом Московского общества сближения с Англией. М. П. Садовникова-Кольцова благодаря хорошей языковой подготовке стажировалась у профессора Анри Пьерона в Сорбонне, а также на зоологических станциях в Неаполе и Виллафранке. Она долгие годы реферировала иностранные журналы, переводила труды своего мужа, сопровождала приезжающих в СССР иностранных ученых. В 1931 г. М. П. Садовникова-Кольцо-ва прошла обучение на курсах Отдела народного образования Мособлсовета с присвоением квалификации «переводчик», что позволило ей преподавать английский язык для аспирантов Института экспериментальной биологии. Р. И. Серебровская еще с Университета Шанявского участвовала на семинарах в обзоре иностранной литературы по экспериментальной биологии; эта работа была продолжена ею на Аниковской генетической станции и на кафедре генетики МГУ. Р. И. Серебровская в студенческие годы вместе с мужем дополнительно занималась английским языком. Е. И. Барулина также практиковала разговорный английский со своим мужем. Н. И. Вавилов мотивировал свою ученицу на более углубленное изучение иностранных языков, чтобы она была ему настоящим помощником. 5 октября 1920 г. он писал ей: «Продолжаешь ли учить английский? Будем говорить с тобой только по-английски» [Цит. по: Вишнякова, Вавилов, 2009, с. 60]. 17 декабря 1920 г. в очередном его письме Е. И. Барулиной читаем: «Милая Лена, штудируй языки — это самое главное. Они откроют путь ко многому. Каждую минуту свободную используй на английский, немецкий, французский. Только одно желание, я хотел бы, чтобы ты была совершенной. Я уверен, ты можешь это сделать. Твой английский уже не очень плох. Читай литературу. Я бы хотел, чтобы ты стала настоящим помощником. Вместе мы сможем сделать гораздо больше, вдвое больше, чем я способен сделать один. Мы будем работать вместе» [Цит. по: Вишнякова, Вавилов, 2009, с. 62]. Впоследствии знание английского языка помогало Е. И. Барулиной в изучении иностранной литературы по генетике и селекции сельскохозяйственных растений, подготовке переводных вариантов статей для себя и мужа.

6 ЦИАМ. Ф. 363. Оп. 4. Д. 6639. Л. 3.

Некоторые из этих женщин принимали участие в общественно-политической жизни. Р. И. Серебровская участвовала в студенческом революционном движении. «Она говорила о том, что все темное и уродливое должно погибнуть, чтобы скорее жизнь стала светлой и прекрасной. Она говорила, что покориться темному и косному значит предать святое дело наше — дело русской интеллигенции, предать его как предают трусы и малодушные», — писал о своей супруге А. С. Серебровский7. Е. Н. Сахарова вместе с родной сестрой Верой занималась в политических революционных кружках и поддерживала идеи социал-демократов. Она была одним из активных пропагандистов кооперативного движения в России, верила в процветание своей страны и своего народа, но после начавшегося преследования ее коллег-экономистов и арестов членов вымышленной «Трудовой крестьянской партии» была вынуждена сменить род деятельности — занималась переводческой и библиографической работой.

Все рассмотренные нами женщины были бессменными помощницами своим мужьям и даже, как Р. И. Серебровская и Е. И. Барулина, помогали «вторым половинам» в проведении экспериментов и анализе полученных результатов. Уровень их подготовки, знание иностранных языков, организационные качества не уступали таковым у мужчин — организаторов советской науки, но женщины еще продолжали оставаться в «тени», а лицом науки были ученые мужи. Во многом это было связано с принятыми в обществе стереотипами. В дореволюционной России, в традициях домостроя и патриархальности женщины должны были заниматься домашними делами, совершенно не повышая свой образовательный уровень. Не случайно родители многих девушек были категорически против поступления их на Высшие женские курсы. М. П. Садовниковой-Кольцовой пришлось бежать от отца, происходившего из рода крестьян-старообрядцев, чтобы получить высшее образование. «Ученая дама» в дореволюционном обществе воспринималась как революционерка и нигилистка, идущая вразрез с принятыми нормами и устоями. Даже крушение общественно-политического строя не смогло быстро изменить представления о положении женщин в обществе и в семье. На женщину-лидера смотрели с некоторым скептицизмом, относя ее скорее к аномалиям организационного устройства института науки. Академические знания, управленческие задатки и способности к генерации новых идей — этого было недостаточно для научной карьеры российских женщин. Для построения успешной карьеры им часто требовалось жертвовать семьей и личным временем, поэтому женщины делали выбор не в пользу руководящих постов, а оставались на ролях секретарей и помощников своих супругов.

Источники

Архив Российской академии наук (АРАН). Ф. 450. Оп. 6. Д. 4. Л. 1—4. АРАН. Ф. 450. Оп. 6. Д. 14. Л. 41.

Центральный исторический архив города Москвы (ЦИАМ). Ф. 363. Оп. 4. Д. 6639. Л. 1—8. Частная коллекция документов семьи Серебровских. Выдержки из дневников А. С. Се-ребровского от 14.10.1912.

7 Частная коллекция документов семьи Серебровских.

Литература

Авруцкая Т. Б. «И мы вместе пойдем, нас нельзя разлучить» // Природа. 2010. № 2. С. 57-68.

Барулина Е. И. О вике, засоряющей посевы чечевицы (К вопросу о мимикрии у растений) // Труды Всероссийского съезда по селекции и семеноводству. 1920. Вып. 1. С. 15—16.

Барулина Е. И. Чечевица СССР и других стран. Л.: ВИР, 1930. 319 с.

Белых Г.А. Жена великого ученого // Мир идей Николая Ивановича Вавилова. М.: РГАУ-МСХА им. К. А. Тимирязева, 2007. С. 71-73.

Вавивлов Н. И. Полевые культуры Юго-Востока. Петроград: Новая деревня, 1922. 232 с.

Вавилов Н. И. Географические закономерности в распределении генов культурных растений // Труды по прикладной ботанике и селекции. 1927. Т. 17. Вып. 3. С. 411-428.

Вишнякова М. А. «Милая и прекрасная Леночка...» (Елена Барулина — жена и соратница Николая Вавилова). СПб.: Серебряный век, 2007. 150 с.

Вишнякова М. А. Друг, партнер, жена (Е. Н. Сахарова и Н. И. Вавилов) // Вавиловский журнал генетики и селекции. 2012а. Т. 16. № 3. С. 605-626.

Вишнякова М. А. Н. И. Вавилов: Петровка и первая любовь // Известия Тимирязевской сельскохозяйственной академии. 2012Ь. № 4. С. 39-49.

Вишнякова М. А., Вавилов Ю. Н. «Ты была лучшей из всех, кого я видел. ». Письма Н. И. Вавилова // Природа. 2009. № 11. С. 58-71.

Вишнякова М. А., Клычкова Т. М. Екатерина Сахарова: жизнь на орбите Николая Вавилова. СПб.: Серебряный век, 2012. 208 с.

Глазко В. И. Николай Вавилов. Жизнь как служение Родине. Т. 1. М.: Курс, 2017. 655 с.

Глазко В. И. Николай Вавилов. Жизнь как служение Родине. Т. 2. М.: Курс, 2018. 814 с.

Елина О. Ю. Дамы на полях: образование и карьера первых женщин-агрономов, конец XIX — начало XX в. // Историко-биологические исследования. 2018. Т. 10. № 2. С. 67-99.

Захаров-Гезехус И. А. Выпускники Петербургского университета: шесть судеб. Москва: Ваш формат, 2017. 162 с.

Захаров-Гезехус И. А. Выдвиженец по курсу общей генетики. Василий Сергеевич Федоров. Москва: Ваш формат, 2019. 62 с.

Кольцова М. П. Генетический анализ психических способностей крыс. Часть 5. Влияние возраста и полового цикла на активность // Биологический журнал. 1934. Т. III. № 4. С. 669-677.

Конашев М. Б. Лысенкоизм как «белое пятно» в «социальной истории науки». Часть 1. В зеркале критики // Социология науки и технологий. 2017а. Т. 8. № 2. С. 21-31.

Конашев М. Б. Лысенкоизм как «белое пятно» в «социальной истории науки». Часть 2. В зеркале собственной периодики // Социология науки и технологий. 2017Ь. Т. 8. № 3. С. 18-30.

Конашев М. Б. Лысенкоизм как «белое пятно» в «социальной истории науки». Часть 3. В зеркале энциклопедий и справочников // Социология науки и технологий. 2018. Т. 9. № 2. С. 23-37.

Музрукова Е. Б., Фандо Р. А. Роль личности в генетике в 20-30-е годы ХХ столетия // Институт истории естествознания и техники им. С. И. Вавилова. Годичная научная конференция (2013). Т. 1. Общие проблемы развития науки и техники. История физико-математических наук. М.: ЛЕНАНД, 2013. С. 204-208.

Нечаева Е. П. 117 лет со дня рождения Е. И. Барулиной-Вавиловой // Идеи Н. И. Вавилова в современном мире. Тезисы докладов III Вавиловской международной конференции. СПб.: ВИР, 2012. С. 11-12.

Письма Н. И. Вавилова к В. И. Вернадскому // Генетика. 1966. Т. 2. № 8. С. 140-143.

Резник С. Е. Эта короткая жизнь. Николай Вавилов и его время. М.: Захаров, 2017. 1055 с.

Садовникова-Кольцова М. П. Генетический анализ психических способностей крыс // Журнал экспериментальной биологии. 1931. Т. 4. С. 265-283.

Сатина С. A. Образование женщин в дореволюционной России. Нью-Йорк: [б. и.], 1966. 152 с.

Сахарова-Вавилова Е. Н. Крестьянское хозяйство в Англии. М.: Защита, 1915. 16 с. Светозарова В. В., Волузнева Т. А. Елена Ивановна Барулина-Вавилова // Соратники Николая Ивановича Вавилова. СПб.: ВИР, 1994. С. 53-59.

Серебровская Р. И. Наследование раннего поседения // Медико-биологический журнал.

1929. № 5. С. 83-89.

Серебровская Р. И. Генетика дальтонизма // Труды медико-биологического института.

1930. Т. 2. № 4-5. С. 329-367.

Сойфер В. Н. Тень Ленина его усыновила: документальный детектив об одном Ленинском лауреате и советских генетиках. Москва: ЧеРо; ДДФ Фаундейшн, 2006. 430 с.

Фандо Р. А. Женщины у истоков генетики человека в СССР // Вопросы истории естествознания и техники. 2008а. № 3. С. 107-128.

Фандо Р. А. Неизвестное об известном биологе. Из дневниковых записей А. С. Серебров-ского // Вестник Российской академии наук. 2008b. Т. 78. № 3. C. 250-263.

Фандо Р. А. Раиса Исааковна Серебровская (1888-1981): Женская судьба в науке. К 125-летию со дня рождения // История и педагогика естествознания. 2013. № 4. С. 57-60.

Фокин С. И., Захаров-Гезехус И. А. Юрий Александрович Филипченко и его окружение: к 100-летию основания кафедры генетики и экспериментальной зоологии в Петроградском университете. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2019. 335 с.

Шестаков С. В. (отв. ред.) Александр Сергеевич Серебровский. Биография, научное наследие, избранное. М.: МАКС Пресс, 2007. 140 с.

Dietrich, M. R., Tambasco, B. H. Beyond the Boss and the Boys: Women and the Division of Labor in Drosophila Genetics in the United States, 1934-1970 // Journal of the History of Biology. 2007. Vol. 40. Iss. 3. P. 509-528.

Fando R. A. The History of Teaching Zoology at the Moscow Higher Woman's Courses in the early 20th Century // Историко-биологические исследования. 2018. Т. 10. № 2. С. 46-66.

Graham L. Lysenko's Ghost: Epigenetics and Russia. Cambridge (MA) London: Harvard University Press, 2016. 209 p.

Richmond M. L. Women in the Early History of Genetics: William Bateson and the Newnham College Mendelians, 1900-1910 // Isis. 2001. Vol. 92. P. 55-90.

Roll Hansen N. The Lysenko Effect: The Politics of Science. N. Y.: Humanity Books, 2005. 355 p. Stamhuis, I. H., Monsen A. Kristine Bonnevie, Tine Tammes and Elisabeth Schiemann in Early Genetics: Emerging Chances for a University Career for Women // Journal of the History of Biology. 2007. Vol. 40. Iss. 3. P. 427-446.

Women Scientists "in the Shadow" of Their Famous Husbands

Roman A. Fando

N. I. Vavilov Institute for the History of Science and Technology, RAS, Moskow, Russia; e-mail: [email protected]

The article outlines the biographies of Russian women scientists: M. P. Sadovnikova-Koltsova, R. I. Serebrovskaya, E. I. Barulina-Vavilova, and E. N. Sakharova-Vavilova. Apart from conducting research, these women were the wives of the founders of Russian genetics, N. K. Koltsov, A. S. Serebrovsky, and N. I. Vavilov. Our study's main objective was to reconstruct the scientific

biographies of these women. Using the biographical approach allowed to identify features common to these "scientific ladies" and create a kind of socio-cultural portrait of the wives of outstanding researchers. The proposed biographies of the women who witnessed transformations in Russia's political and social life in the early twentieth century and dramatic periods in their spouses' lives help to reconstruct some events in the history of science, to understand the motivation of their own actions and those of the founding fathers of genetics, and to retrace the ups and downs of the history of Russian science. All our heroines graduated from gymnasiums and were fluent in several languages. With a prohibition on women's education at the universities, they studied natural sciences at private higher education institutions, most often at the Higher Women's Courses. They also took part in the revolutionary movement. Their research interests took shape during their student years at the Women's Courses (M. P. Sadovnikova-Koltsova and E. I. Barulina-Vavilova), at the Shanyavskii University (R. I. Serebrovskaya), and at the Moscow Agricultural Institute (E. N. Sakharova-Vavilova). It was also during their studies that they met their future spouses: M. P. Sadovnikova-Koltsova and E. N. Barulina-Vavilova married their teachers while R. I. Serebrovskaya and E. N. Sakharova-Vavilova married their fellow students. Later on, while these women's professional mobility was largely determined by their husbands, the wives also greatly influenced their husbands' scientific careers. Women often remained in the shadow of their "great men", while doing a huge amount of research work. This situation that was largely due to widespread stereotypes about women's role in the family and society persists to this day.

Keywords: gender studies, biographies of scientists, professional career of women, history of genetics.

References

Arkhiv Rossiyskoy Akademii nauk (ARAN) [Archive of the Russian Academy of Sciences], f. 450, op. 6, d. 4, l. 1-4.

Arkhiv Rossiyskoy Akademii nauk (ARAN) [Archive of the Russian Academy of Sciences], f. 450, op. 6, d. 14, l. 41.

Tsentral'nyy gosudarstvennyy arkhiv goroda Moskvy (TsGAM) [Central State Archive of the City of Moscow], f. 363, op. 4, d. 6639, no. 1.

Chastnaya kollektsiya sem'yi Serebrovskikh. Vyderzhki iz dnevnikov A. S. Serebrovskogo ot 14.10.1912 [Private collection of documents of the Serebrovsky family. Excerpts from the diaries of A. S. Serebrovsky from 14.10.1912].

Avrutskaya, T. B. (2010). "I my vmeste poydem, nas nel'zya razluchit'" ["And we shall go together, we could not be separated"], Priroda, no. 2, pp. 57-68 (in Russian).

Barulina, E. I. (1920). O vike, zasoryiayiushchey posevy chechevitsy (K voprosu o mimikrii u rasteniy) [About the vetch clogging lentil crops (On the issue of mimicry in plants)], Trudy Vserossiyskogo s"ezdaposelektsii isemenovodstvu, vyp. 1, pp. 15-16 (in Russian).

Barulina, E. I. (1930). ChechevitsaSSSRidrugikhstran [Lentils ofthe USSR and other countries], Leningrad: VIR (in Russian).

Belykh, G. A. (2007). Zhena velikogo uchenogo [The wife of a great scientist], in: Mir idey Nikolaya Ivanovicha Vavilova [The world of ideas of Nikolai Ivanovich Vavilov], Moskva: RGAU-MSXA im. K. A. Timiryazeva, pp. 71-73 (in Russian).

Dietrich, M. R., Tambasco, B. H. (2007). Beyond the Boss and the Boys: Women and the Division of Labor in Drosophila Genetics in the United States, 1934—1970, Journal of the History of Biology, vol. 40, no. 3, pp. 509-528.

Elina, O. Yu. (2018) Damy na polyakh: obrazovaniye i kar'yera pervykh zhenshchin-agronomov, konets XIX — nachalo XX v. [Ladies in the fields: education and career development of women agronomists, late XIX — early XX century], Istoriko-biologicheskiye issledovaniya, vol. 10, no. 2, pp. 67-99 (in Russian).

Fando, R. A. (2008a). Zhenshchiny u istokov genetiki cheloveka v SSSR [Women at the origins of human genetics in the USSR], Voprosy istoriiestestvoznaniya i tekhniki, vol. 29, no. 3, pp. 107—128 (in Russian).

Fando, R. A. (2008b). Neizvestnoye ob izvestnom biologe. Iz dnevnikovykh zapisey A. S. Serebrovskogo [The unknown about a well-known biologist], Vestnik Rossiyskoy akademii nauk, vol. 78, no. 3, pp. 250—263 (in Russian).

Fando, R. A. (2013). Raisa Isaakovna Serebrovskaiya (1888—1981): Zhenskaiya sud'ba v nauke. K 125-letiyu so dnya rozhdeniya [Raisa Isaakovna Serebrovskaya (1888-1981): Women's fate in science. On the 125th anniversary of his birth], Istoriya ipedagogika estestvoznaniya, no. 4, pp. 57—60 (in Russian).

Fando, R. A. (2018). The History of Teaching Zoology at the Moscow Higher Woman's Courses in the early 20th Century, Istoriko-biologicheskiye issledovaniya, vol. 10, no. 2, pp. 46—66.

Fokin, S. I., Zakharov-Gezekhus, I. A. (2019). Yuriy Aleksandrovich Filipchenko i ego okruzheniye: k 100-letiyu osnovaniya kafedry genetiki i eksperimental'noy zoologii v Petrogradskom universitete [Yuri Alexandrovich Filipchenko and his entourage: to the 100th anniversary of the founding of the Department of Genetics and Experimental Zoology at the Petrograd University], S.-Peterburg: Izd-vo S.-Peterb. un-ta (in Russian).

Glazko, V. I. (2017). Nikolay Vavilov. Zhizn' kak sluzheniye Rodine [Nikolay Vavilov. Life as a service to the Motherland], vol. 1, Moskva: Kurs (in Russian).

Glazko, V. I. (2018). Nikolay Vavilov. Zhizn' kak sluzheniye Rodine [Nikolay Vavilov. Life as a service to the Motherland], vol. 2, Moskva: Kurs (in Russian).

Graham, L. (2016). Lysenko's Ghost: Epigenetics and Russia. Cambridge (MA), London: Harvard University Press.

Kol'tsova, M. P. (1934). Geneticheskiy analiz psikhicheskikh sposobnostey krys. Chast' 5. Vliyanie vozrasta i polovogo tsikla na aktivnost' [Genetic analysis of mental abilities of rats. Part 5. Influence of age and sexual cycle on activity], Biologicheskiy zhurnal, t. III, no. 4, pp. 669—677 (in Russian).

Konashev, M. B. (2017a). Lysenkoizm kak "beloe pyatno" v "sotsial'noy istorii nauki". Chast' 1.

V zerkale kritiki [Lysenkoizm as "a white spot" in "social history of science". Part 1. In the mirror of critics], Sotsiologiya nauki i tekhnologiy, vol. 8, no. 2, pp. 21—31 (in Russian).

Konashev, M. B. (2017b). Lysenkoizm kak "beloe pyatno" v "sotsial'noy istorii nauki". Chast' 3.

V zerkale sobstvennoy periodiki [Lysenkoizm as "a white spot" in "social history of science". Part 2. In the mirror of own periodical press], Sotsiologiya nauki i tekhnologiy, vol. 8, no. 3, pp. 18—30 (in Russian).

Konashev, M. B. (2018). Lysenkoizm kak "beloe pyatno" v "sotsial'noy istorii nauki". Chast' 3.

V zerkale entsiklopediy i spravochnikov [Lysenkoizm as "a white spot" in "social history of science". Part 3. In the mirror of Own Periodical Press], Sotsiologiya naukii tekhnologiy, vol. 9, no. 2, pp. 23—37 (in Russian).

Muzrukova, E. B., Fando, R. A. (2013). Rol' lichnosti v genetike v 20—30-e gody XX stoletiya [The role of personality in genetics in the 20—30s of the XX century], in: Institut istorii estestvoznaniya i tekhniki im. S. I. Vavilova. Godichnaya nauchnaya konferentsiya (2013). T. 1. Obshchiye problemy razvitiya nauki i tekhniki. Istoriya fiziko-matematicheskikh nauk [Institute for the history of science and technology named after S. I. Vavilov. Annual scientific conference (2013). Vol. 1. General problems of science and technology development. History of physical and mathematical Sciences], Moskva: LENAND, pp. 204—208 (in Russian).

Nechaeva, E. P. (2012). 117 let so dnya rozhdeniya E. I. Barulinoy-Vavilovoy [117 years since the birth of E. I. Barulina-Vavilova], in: Idei N. I. Vavilova v sovremennom mire. Tezisy dokladov III Vavilovskoy mezhdunarodnoy konferentsii [Ideas of N. I. Vavilov in the modern world. Abstracts of the III Vavilovskaya international conference], S-Peterburg: VIR, pp. 11—12 (in Russian).

Pis'ma N. I. Vavilova k V. I. Vernadskomu (1966). [Letters of N. I. Vavilov to V. I. Vernadsky], Genetika, vol. 2, no. 8, pp. 140—143 (in Russian).

Richmond, M. L. (2001). Women in the Early History of Genetics: William Bateson and the Newnham College Mendelians, 1900-1910, Isis, vol. 92, no. 1, pp. 55-90.

Reznik, E. S. (2017). Eta korotkaya zhizn. Nikolay Vavilov i ego vremya [This Short Life. Nikolai Vavilov and his time], Moskva: Zakharov (in Russian).

Roll Hansen, N. (2005). The Lysenko Effect: The Politics of Science. N. Y.: Humanity Books.

Sadovnikova-Koltsova, M. P. (1931). Geneticheskiy analiz psikhicheskikh sposobnostey krys [Genetic analysis of mental abilities of rats], Zhurnaleksperimental'noy biologii, no. 4pp. 265—283 (in Russian).

Sakharova-Vavilova, E. N. (1915). Krest'yanskoye khoziyaystvo vAnglii [Farming in England], in: Moskva: Zashchita (in Russian).

Satina, S. A. (1966). Obrazovaniye zhenshchin v dorevolyutsionnoy Rossii [Education of women in pre-revolutionary Russia], New York: [b. i.] (in Russian).

Shestakov, S. V. (ed.) (2007). Aleksandr Sergeyevich Serebrovskiy. Biografiya, nauchnoye naslediye, izbrannoye [Alexander Sergeevich Serebrovsky. Biography, scientific heritage, favorites], Moskva: MAKS Press (in Russian).

Serebrovskaya, R. I. (1929). Nasledovaniye rannego posedeniya [Inheritance of early graying], Mediko-biologicheskiy zhurnal, no. 5, pp. 83—89 (in Russian).

Serebrovskaya, R. I. (1930). Genetika dal'tonizma [Genetics of color blindness], Trudy mediko-biologicheskogo instituta, vol. 2, no. 4—5, pp. 329—367 (in Russian).

Soyfer, V. N. (2006). Ten' Lenina ego usynovila: dokumental'nyy detektiv ob odnom Leninskom laureate i sovetskikh genetikakh [The shadow of Lenin he was adopted: a documentary detective story about the one winner of the Lenin and Soviet geneticists], Moskva: CHeRo; DDF Faundeishn (in Russian).

Stamhuis, I. H., Monsen A. (2007). Kristine Bonnevie, Tine Tammes and Elisabeth Schiemann in Early Genetics: Emerging Chances for a University Career for Women, Journal of the History of Biology, vol. 40, no. 3, pp. 427-446.

Svetozarova, V. V., Voluzneva, T. A. (1994). Elena Ivanovna Barulina-Vavilova [Elena Ivanovna Barulina-Vavilova], in: Soratniki Nikolay a Ivanovicha Vavilova [Associates Of Nikolai Ivanovich Vavilov], S.-Peterburg: VIR, pp. 53—59 (in Russian).

Vavivlov, N. I. (1922). Polevyye kul'tury Yugo-Vostoka [Field cultures of the South-East], Petrograd: Novaya derevnya (in Russian).

Vavilov, N. I. (1927). Geograficheskiye zakonomernosti v raspredelenii genov kul'turnykh rasteniy [Geographical regularities in the distribution of genes of cultivated plants], Trudy po prikladnoy botanike iselektsii, vol. 17, no. 3, pp. 411—428 (in Russian).

Vishnyakova, M. A. (2007). "Milaya i prekrasnaya Lenochka." (Elena Barulina — zhena i soratnitsaNikolaya Vavilova) ["Dear and beautiful Lenochka. .." (Elena Barulina — wife and colleague of Nikolai Vavilov)], S.-Peterburg: Serebryanyy vek (in Russian).

Vishnyakova, M. A. (2012a). Drug, partner, zhena (E. N. Sakharova i N. I. Vavilov) [Friend, partner, wife (E. N. Sakharova and N. I. Vavilov)], Vavilovskiy zhurnal genetiki i selektsii, vol. 16, no. 3, pp. 605—626 (in Russian).

Vishnyakova, M. A. (2012b). N. I. Vavilov: Petrovka i pervaya liubov' [N. I. Vavilov: Petrovka and first love], Izvestiya Timiryazevskoy sel'skokhozyaystvennoy akademii, no. 4, pp. 39—49 (in Russian).

Vishniakova, M. A., Vavilov, Iu. N. (2009), "Ty byla luchshey iz vsekh, kogo ya videl...": Pis'ma N. I. Vavilova ["You were the best I've ever seen...": Letters of N. I. Vavilov], Priroda, no. pp. 58—71 (in Russian).

Vishnyakova, M. A., Klychkova, T. M. (2012). Ekaterina Sakharova: zhizn'na orbite Nikolaya Vavilova [Ekaterina Sakharova: life in the orbit of Nikolay Vavilov], S.-Peterburg: Serebryanyy vek (in Russian).

Zakharov-Gezekhus, I. A. (2017). Vypuskniki Peterburgskogo universiteta: shest' sudeb [Saint Petersburg University graduates: six destinies], Moskva: Vash format (in Russian).

Zakharov-Gezekhus, I. A. (2019). Vydvizhenets po kursu obshchey genetiki. Vasiliy Sergeyevich Fedorov [Nominee for the General genetics course. Vasily Sergeevich Fedorov], Moskva: Vash format (in Russian).

предприниматель и учредитель, генеральный директор Фандо Роман Алексеевич (ИНН 772970815800)

Сведения об организациях и ИП, в которых участвует Фандо Р. А.

Реестр массовых руководителей: не состоит

Реестр массовых учредителей: не состоит

Реестр дисквалифицированных лиц: не состоит

Регион присвоения ИНН: Москва

Фандо Роман Алексеевич на данный момент не зарегистрирован в качестве ИП.

Роль Все

Все Руководитель

Статус Все

Все Актуальные

Должность
Директор
125315, город Москва, Балтийская улица, дом 14
ИНН
7710026422
ОГРН
1027739720623
Дата регистрации
6 декабря 2002 г.
Основной вид деятельности
72.19 Научные исследования и разработки в области естественных и технических наук прочие

Организация ликвидирована

Должность
ЗАМЕСТИТЕЛЬ ДИРЕКТОРА ПО УВР
117447, город Москва, Новочеремушкинская улица, 11 А
ИНН
7727188414
ОГРН
1037739006986
Дата регистрации
4 января 2003 г.

Информация по организациям, в которых Фандо Роман Алексеевич является/являлся учредителем и/или директором, приведена с учетом ИНН физического лица.

ГБОУ СОШ № 197, ИНН 7727188414

НЕ ДЕЙСТВУЕТ С 17. 02.2015

Общие сведения:



Контактная информация:

Юридический адрес: 117447, г Москва, ул Новочеремушкинская, д 11, корп А

Телефон: 129-71-55, 8 (499) 711-65-49

E-mail:

Реквизиты компании:

Виды деятельности:

Учредители:

НаименованиеИННДоляСумма
ДОНМ (ОКПО:02110342).7719028495

Регистрация в Пенсионном фонде Российской Федерации:

Регистрационный номер: 087707035815

Дата регистрации: 26.03.2003

Наименование органа ПФР: Государственное учреждение - Главное Управление Пенсионного фонда РФ №4 Управление №1 по г. Москве и Московской области муниципальный район Черемушки г.Москвы

ГРН внесения в ЕГРЮЛ записи: 9067746228200

Дата внесения в ЕГРЮЛ записи: 16.06.2006

Данные из ФГИС «Единый реестр проверок» от 13.04.2021 по ИНН 7727188414:

Номер проверки: 77150501484596
Дата начала: 01 апреля 2015 года
Тип: Выездная Плановая проверка
Статус: Ожидает завершения
Орган контроля (надзора): Главное управление МЧС России по г. Москве
Цель: пожарный надзор 69-ФЗ
Объекты:
Номер проверки: 00150501240030
Дата начала: 01 апреля 2015 года
Тип: Плановая проверка
Статус: Новое
Орган контроля (надзора): Межрегиональное технологическое управление Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору
Цель: государственный контроль надзор за соблюдением требований законодательства об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности
Объекты:

Данные реестра организаций госзакупок по 44-ФЗ:

Госзакупки: Арбитраж: Сертификаты соответствия: Исполнительные производства:

Краткая справка:

Организация 'Государственное бюджетное образовательное учреждение города Москвы средняя общеобразовательная школа № 197' зарегистрирована 04 января 2003 года по адресу 117447, г Москва, ул Новочеремушкинская, д 11, корп А. Компании был присвоен ОГРН 1037739006986 и выдан ИНН 7727188414. Основным видом деятельности является среднее (полное) общее образование. Компанию возглавляет ДИРЕКТОР ФАНДО РОМАН АЛЕКСЕЕВИЧ. Состояние: ПРЕКРАЩЕНИЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА ПУТЕМ РЕОРГАНИЗАЦИИ В ФОРМЕ ПРИСОЕДИНЕНИЯ.

Добавить организацию в сравнение

Вестник архивиста - Университет имени А. Л. Шанявского в эпицентре революционного движения конца XIX – начала XX в.

УДК 930(47)+94(470)+930.85

DOI 10.28995/2073-0101-2018-4-1092-1102

Р. А. Фандо

Институт истории естествознания и техники им. С. И. Вавилова РАН, г. Москва, Российская Федерация

Университет имени А. Л. Шанявского в эпицентре революционного движения конца XIX – начала XX в.

Roman A. Fando

S. I. Vavilov Institute for the History of Science and Technology of the Russian Academy of Sciences, Moscow, Russian Federation

A. L. Shanyavskii University in the Epicenter of the Revolutionary Movement of Late 19th – Early 20th Century

Аннотация

Статья посвящена истории революционных волнений в среде студенчества конца XIX – начала XX века. В качестве примера приведена деятельность студенческих неформальных объединений, проводивших широкую агитационную кампанию в стенах Университета им. А. Л. Шанявского в начале ХХ столетия. В отличие от многих других высших учебных заведений, Московский городской народный университет стал очагом революционных вспышек, подогреваемых как преподавателями, так и слушателями университета. Университетские преподаватели Н. Н. Полянский, М. Д. Загряцков, В. В. Краснокутский, А. В. Горбунов, П. П. Гензен, П. Н. Сакулин, А. А. Кизеветтер на своих лекциях призывали к демократическим преобразованиям и критиковали устои монархии. Среди политизированных сообществ университета особенно выделялась латышская социал-демократическая группа, в которую входили М. И. Лацис, И. В. Цивцивадзе. Многие студенты объединялись вокруг социал-демократки Ц. С. Зеликсон-Бобровской, большевика А. А. Знаменского. Студенты Университета Шанявского оборудовали типографию и занимались печатанием листовок революционного содержания. В связи с участившимися случаями политической агитации в студенческой среде лекции университета посещали шпионы полиции. Тем не менее, несмотря на полицейскую слежку, атмосфера в университете была достаточно либеральной, продолжали процветать революционно настроенные объединения. Революционные события, которые так активно готовились, в том числе стараниями многих студентов-«шанявцев» и либерально настроенной частью преподавателей вольного университета, в итоге стали причиной дальнейшего крушения тех идеалов о доступности высшего образования, которые проповедовал А. Л. Шанявский. Большевики, получив в 1917 г. бразды правления, не смогли наладить систему управления и приблизиться хоть чуть-чуть к устоявшимся дореволюционным порядкам, в связи с чем в 1920 г. Университет А. Л. Шанявского прекратил свое существование. Воссоздать историческую картину революционного движения в стенах Московского городского народного университета позволили немногочисленные документы, которые были выявлены в Государственном архиве Российской Федерации.

Abstract

The article is devoted to the history of revolutionary unrest among students at the turn of the 20th century. Activities of informal student associations that conducted a broad agitation campaign within the walls of the A. L. Shanyavskii University in the early 20th century serve as an example. Unlike many other higher educational institutions, the Moscow City People's University became a hotbed of revolutionary outbreaks, fueled both by teachers and students of the university. University professors N. N. Polyansky, M. D. Zagryatskov, V. V. Krasnokutsky, A. V. Gorbunov, P. P. Gensen, P. N. Sakulin, A. A. Kizevetter called for democratic reforms in their lectures and criticized the foundations of the monarchy. Among other politicized communities of the University, the Latvian Social-Democratic group, which included M. I. Latsis and I. V. Tsivtsivadze, was especially prominent. Many students united around Social Democrat Ts. Zelikson-Bobrovskaya and Bolshevik A. A. Znamensky. The students of Shanyavskii University equipped a printing house and printed leaflets of revolutionary content. On the account of frequent cases of political agitation in the student environment, university lectures were attended by the police. Nevertheless, despite the police surveillance, the atmosphere at the university was quite liberal, and the revolutionary-minded associations continued to thrive there. The revolutionary events that were prepared with such energy (among others) by students of the A. L. Shanyavskii University and liberal-minded part of their professors, eventually led to greater collapse of the ideals of accessible higher education that A.L. Shanyavskii preached. The Bolsheviks, having received the reins of government in 1917, could not establish a working system of administration or even approximate the however well established pre-revolutionary order, and thereupon in 1920 the University of A.L. Shanyavskii ceased to exist. Several documents found in the State Archive of the Russian Federation allow to recreate the historical picture of the revolutionary movement within the walls of the Moscow City People's University.

Ключевые слова

Источники, студенчество, Московский городской народный университет им. А. Л. Шанявского, революционные волнения, подпольные студенческие организации.

Keywords

Sources, students, A. L. Shanyavskii Moscow City People’s University, revolutionary situation, underground student organizations.

История студенческого революционного движения была предметом изучения ряда отечественных и зарубежных авторов. Работы А. Е. Иванова содержат огромный массив статистического материала, позволяющего составить социокультурный портрет российского студенчества конца XIX – начала XX в., рассмотреть его политические взгляды и оценить его роль в борьбе с самодержавием. Большинство исследований институциональной стороны дореволюционного высшего образования ограничивались периодом до 1917 г., оставляя без внимания время революционных преобразований, когда менялись не только политические и экономические устои, но и происходили коренные изменения в образовании, науке и культуре. В диссертации Сизовой А. Ю. исследована история участия студенчества в революционных событиях 1917 г. Автором отмечено, что в октябре 1917 г. наблюдался стремительный спад революционного движения в вузах, несмотря на то, что в конце XIX – начале ХХ в. студенчество активно участвовало в общественно-политической жизни страны.

В советской историографии недостаточно освещен вопрос участия студенчества негосударственных вузов в революционных событиях начала прошлого века, не дана оценка роли народных университетов в демократизации российского общества. Изменить сложившееся положение стало возможным благодаря архивным документам из истории Московского городского народного университета им. А. Л. Шанявского, выявленным в фонде Отделения по охранению общественной безопасности и порядка в Москве (Охранное отделение) при Московском градоначальнике (Ф. 63) в Государственном архиве Российской Федерации (ГАРФ).

События, переживаемые Россией в первые десятилетия прошлого века, не могли не отразится на жизни Университета им. А. Л. Шанявского. В отличие от многих других высших учебных заведений, он стал не просто зеркалом, в котором можно было просмотреть все то, что было и совершалось кругом. Народный университет стал источником многих веяний и событий, выходивших далеко за его стены.

Вольный дух пронизывал не только молодое поколение слушателей, он также витал на лекциях преподавателей университета. Полицейские шпионы периодически посещали занятия, передавая своему руководству о случаях антиправительственных заявлений профессоров. В одной из агентурных записок читаем, что на лекции Н. Н. Полянского «Уголовный процесс» был произнесен призыв к ниспровержению существующего общественного строя. В другой агентурной записке о лекции приват-доцента Михаила Дмитриевича Загряцкова «Основы и задачи государственного самоуправления» сообщалось, что лектор указал на то, что при существующем строе невозможно добиться улучшения положения рабочих. На лекции Гензеля «Финансы» было сообщено студентам, что в Англии чартисты налоги называли грабежами, причем грабежами, совершаемыми правительством. При дальнейшем знакомстве с движением чартистов лектор заявил, что «покамест рабочие не имеют права выборов, они не связаны законом». В. А. Краснокутский при чтении гражданского права говорил, что браки за границей совершаются при заключении договора в отсутствие договаривающихся, а в России непосредственно при наличии обеих сторон, и только царские особы пользуются исключительным правом и заключают порой браки через послов.

В студенческой среде Народного университета царили тревожные настроения и предчувствия надвигающейся революции, которая должна была изменить судьбу страны в целом и судьбу каждого человека в отдельности. Революционные события, которые так активно готовились, в том числе стараниями многих студентов-«шанявцев» и либерально настроенной части преподавателей вольного университета, в итоге стали причиной дальнейшего крушения тех идеалов о доступности высшего образования, которые проповедовал основатель народного университета А. Л. Шанявский.

В 1918 г. Университет Шанявского был национализирован. Управление университетом перешло в Наркомпрос. Система народных университетов уничтожалась, а на их основе начиналось строительство новой советской высшей школы. К 1920 г. крупнейший негосударственный университет России прекратил свое существование.

Список литературы

Иванов, А. Е. Студенческая корпорация России конца XIX – начала XX века: опыт культурной и политической самоорганизации. – М.: Новый хронограф, 2004. – 407 с.

Иванов, А. Е. Мир российского студенчества. Конец XIX – начало XX века. ‒ М.: Новый хронограф, 2010. ‒ 331 с.

Меницкий, И. В. Революционное движение военных годов (1914–1917). Т. 2. ‒ М.: Изд. Комакадемии, 1924. ‒ 320 с.

Сизова, А. Ю. Российская высшая школа в революционных событиях 1917 г. Дис. … канд. ист. наук. ‒ М.: РГГУ. 2007. ‒ 276 с.

Фандо, Р. А. Меценатство и просветительство в дореволюционной России: Альфонс Шанявский и его «вольная школа» // Былые годы. ‒ 2016. ‒ Т. 39. ‒ № 1. ‒ С. 210-221.

KASSOW, S. Students, Professors, and the State in Tsarist Russia. – Berkeley: Univ. of California Press, 1989 – 438 р.

MORRISSEY, S. K. Heralds of Revolution: Russian Students and the Mythologies of Radicalism. – New York: Oxford University Press, 1998. – 288 p.

References

IVANOV, A. E. Studencheskaya korporatsiya Rossii kontsa XIX – nachala XX veka: opyt kul'turnoi i politicheskoi samoorganizatsii [Student Corporation of Russia of the late XIX ‒ early XX century: Experience of cultural and political self-organization. In Russ.]. Moscow, Novyi khronograf publ., 2004. 407 p.

IVANOV, A. E. Mir rossiiskogo studenchestva. Konets XIX – nachalo XX veka [The world of Russian students. Late 19th – early 20th century. In Russ.]. Moscow, Novyi khronograf publ., 2010, 331 p.

MENITSKII, I. V. Revolyutsionnoe dvizhenie voennykh godov (1914–1917). [Revolutionary movement of the wartime (1914-1917). In Russ.]. Vol. 2. Moscow, Izd. Komakademii publ., 1924, 320 p.

SIZOVA, A. YU. Rossiiskaya vysshaya shkola v revolyutsionnykh sobytiyakh 1917 g. Diss. … kand. ist. nauk [Russian Higher School in the revolutionary events of 1917. Cand. hist. sci. diss. In Russ.]. Moscow, RGGU, 2007, 276 p.

FANDO, R. A. Metsenatstvo i prosvetitel'stvo v dorevolyutsionnoi Rossii: Al'fons Shanyavskii i ego “vol'naya shkola” [Patronage and enlightenment in pre-revolutionary Russia: Alfons Shanyavsky and his ‘Free School.’ In Russ.]. IN: Bylye gody, 2016, vol. 39, no. 1, pp. 210–221.

KASSOW, S. Students, Professors, and the State in Tsarist Russia. Berkeley, Univ. of California Press, 1989, 438 р.

MORRISSEY, S. K. Heralds of Revolution: Russian Students and the Mythologies of Radicalism. New York, Oxford University Press, 1998, 288 p.

Сведения об авторах

Фандо Роман Алексеевич, кандидат биологических наук, Российская академия наук, Институт истории естествознания и техники им. С. И. Вавилова, ведущий научный сотрудник, г. Москва, Российская Федерация, 8-495-988-22-80, Этот e-mail адрес защищен от спам-ботов, для его просмотра у Вас должен быть включен Javascript

About author

Fando Roman Alekseevich, PhD in Biology, S.I. Vavilov Institute for the History of Science and Technology of the Russian Academy of Sciences, leading researcher, Moscow, Russian Federation, +7-495-988-22-80, Этот e-mail адрес защищен от спам-ботов, для его просмотра у Вас должен быть включен Javascript

В редакцию статья поступила 4.05.2018 г., опубликована:

Фандо, Р. А. Университет имени А. Л. Шанявского в эпицентре революционного движения конца XIX – начала XX в. // Вестник архивиста. – 2018. - № 4. – С. 1092-1102. doi 10.28995/2073-0101-2018-4-1092-1102

Submitted 4.05.2018, published:

FANDO, R. A. Universitet imeni A. L. Shanyavskogo v epitsentre revolyutsionnogo dvizheniya kontsa XIX – nachala XX v. [A. L. Shanyavskii University in the Epicenter of the Revolutionary Movement of Late 19th – Early 20th Century. In Russ.]. IN: Vestnik arhivista / Herald of an Archivist, 2018, no. 4, pp. 1092-1102. doi 10.28995/2073-0101-2018-4-1092-1102

Полностью материал публикуется в российском историко-архивоведческом журнале ВЕСТНИК АРХИВИСТА. Ознакомьтесь с условиями подписки здесь.

Журнал "Историко-биологические исследования".

Яков Михайлович Галл – профессор, д.б.н., гл. научн. сотр. СПбФ ИИЕТ РАН (Санкт-Петербург).

Дмитрий Викторович Гельтман – к.б.н., зам. директора БИН РАН (Санкт-Петербург).

Николай Петрович Гончаров – член-корр. РАСХН, профессор, д.б.н., зав. лаб. генетики пшениц ИЦИГ СО РАН (Новосибирск).

Жан-Клод Дюпон (Jean-Claude Dupont) – доктор, профессор Университета Пикардии (Амьен, Франция).

Ольга Юрьевна Елина – д.и.н., вед. научн. сотр. ИИЕТ РАН (Москва).

Сергей Георгиевич Инге-Вечтомов – академик РАН, профессор, д.б.н., зав. каф. генетики и селекции СПбГУ, директор СПбФ ИОГен (Санкт-Петербург).

Джо Кейн (Joe Cain) – PhD, доктор, профессор University Colledge London (Великобритания).

Юлия Александровна Лайус – к.и.н., доцент НИУ-ВШЭ, директор центра экологический и технологической истории Европейского университета в Санкт-Петербурге, вице-президент Европейского общества экологической истории (Санкт-Петербург).

Георгий Левит (Georgy S. Levit) – доктор, профессор Университета Королевского колледжа (Галифакс, Канада).

Кирилл Глебович Михайлов – к.б.н., ст. науч. сотр. Зоологического музея МГУ (Москва).

Елена Борисовна Музрукова – д.б.н., зав. сектором ИИЕТ РАН (Москва).

Юрий Викторович Наточин – академик РАН, профессор, д.б.н., советник РАН, академик-секретарь Отделения физиологии РАН (Санкт-Петербург).

Валентин Иванович Оноприенко – д.филос.н., профессор, зав отделом методологии и социологии науки Центра исследований науч-технич. потенциала и истории науки им. Г.М. Доброва НАН Украины (Киев, Украина).

Ортрун Риха (Ortrun Riha) – доктор, профессор Университета Лейпцига (Германия).

Сергей Владимирович Рожнов – член-корр. РАН, д.б.н., зам. директора ПИН РАН (Москва).

Алексей Юрьевич Розанов – академик-секретарь Отделения биологических наук РАН, профессор, д.г.-м.н., директор ПИН РАН (Москва).

Владимир Олегович Самойлов – академик РАМН, профессор, д.мед.н., зав. каф. нормальной физиологии ВМедА, генерал-майор медицинской службы, декан факультета медицинской физики СПбГПУ (Санкт-Петербург).

Ида Стамхуис (Ida H. Stamhuis) – доктор, профессор Амстердамского университета, редактор журнала Европейского общества истории науки Centaurus (Нидерланды).

Эрки Таммиксаар (Erki Tammiksaar) – доктор, директор Музея Карла Бэра в Тарту, профессор Университета Тарту (Эстония).

Роман Алексеевич Фандо – к.б.н., ст. научн. сотр. ИИЕТ РАН (Москва).

Уве Хоссфельд (Uwe Hoßfeld) – доктор, профессор Йенского университета (Германия).

Адрес редакции: 199034, г. Санкт-Петербург, Университетская наб., д. 5.
E-mail редакции: [email protected]

Предметной областью журнала является изучение истории биологии. Впрочем, в круг изучаемых проблем входит не только биология, но и тесно связанный с ним комплекс медицинских, сельскохозяйственных и географических наук, включая ветеринарию и агробиологию, историческую экологию и природопользование, биогеографию и так далее. Фактически речь идет о совокупности наук, называемых на западе «науки о жизни» (Sciences of Life).

Появление данного журнала — результат сотрудничества трех организаций: Санкт-Петербургского союза ученых, Санкт-Петербургского филиала Института истории естествознания и техники, издательства «Нестор-история». Жители Российской федерации могут подписаться на журнал, его подписной индекс 57386 в каталоге НТИ («Издания органов научно-технической информации») Агентства «Роспечать». Также читатели могут приобретать журнал в магазине издательства «Дмитрий Буланин» по адресу: Санкт-Петербург, ул. Петрозаводская, д. 9, литер А, телефон (812) 490-64-99, или заказать: postbook@dbulanin.ru «Книги почтой».

Редколлегия журнала приглашает к сотрудничеству всех отечественных и зарубежных исследователей, занимающихся историей биологии. Мы рады всем откликам, включая критические, пожеланиям, замечаниям и конструктивным предложениям, в том числе и по усовершенствованию структуры журнала. Со своей стороны редколлегия прилагает все усилия, чтобы журнал читался с интересом и удовольствием.

Для получения более подробной информации пройдите по ссылке  http://shb.nw.ru 

Там же выкладываются электронные версии журнала.

Бумажный носитель. Пандемия COVID-19 не мешает научному книгоизданию

С выбором книг в сегодняшний выпуск БН все очень просто: пандемия пандемией, а книги все равно издаются. По крайней мере научные – точно!

СУДЬБА КРЕМНЕЗЕМА

Стишов С.М. Высокое давление (история
открытия).– Москва–Ижевск: Институт
компьютерных исследований, 2020. – 152 с.
20,8 х 15,2 см. Тираж 100 экз.
Эта небольшая по объему книга – замечательное исследование по истории и социологии науки. Фабула такова: «В настоящей книге описываются события 1960–1961 гг. прошлого столетия, связанные с созданием материала, позволившего объяснить загадочные детали внутреннего строения Земли. Этот материал, позднее обнаруженный в природе, полу­чил название «стишовит» в честь автора открытия». Причем автор, наверное, и не думал, что его текст – отличный пример работы, выполненный в парадигме Акторно-сетевой теории (АСТ), которую предложил современный французский социолог Бруно Латур.

В СССР и сегодня в России изучение малых групп ученых, их внутренней коммуникации, связи этих групп с внешним миром – редкая тема в науковедческих работах. Что это: нежелание, отсутствие навыка, интереса? Это сама по себе достойная тема для социолога науки. Так или иначе этот явный пробел в какой-то степени всегда компенсировала переводная литература: Джеймс.Д. Уотсон. Двойная спираль. Воспоминания об открытии структуры ДНК. / Пер. с англ. – М.: «Мир», 1969. – 152 с.; Гилберт Дж., Малкей М. Открывая ящик Пандоры: Социологический анализ высказываний ученых. / Пер. с англ. – М.: Прогресс, 1987. – 269 с.; Латур, Бруно. Пастер: Война и мир микробов. / Пер. с фр. – СПб.: Европейский университет в Санкт-Петербурге, 2015. – 316 с.

А здесь – исследование истории конкретного научного достижения (синтез необычной формы кремнезема, соответствующей температуре и давлению глубинам Земли в несколько сот километров) в конкретном научном коллективе (лаборатории Института физики высоких давлений АН СССР), конкретно – с фамилиями, психологическими характеристиками действующих лиц, с датами, с привлечением редких архивных документов. Но прежде всего, конечно, на основе собственных записей главного действующего лица – академика Сергея Михайловича Стишова.

Я не буду пересказывать все хитросплетения, научные и околонаучные (не менее, впрочем, важные, как и следовало ожидать), приведшие к этому открытию. История эта публиковалась в сокращенном варианте в журнале «Химия и жизнь» в 1991 году и в английском переводе в журнале High Pressure Research в 1995 году. «В настоящем издании публикуется оригинальная рукопись, содержащая некоторые детали, не публиковавшиеся ранее», – предупреждает автор. Вот о некоторых деталях хотелось бы сказать. Они показались мне актуальными…

Итак, поступление в 1955 году на геологический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова. Со второго курса – исследовательская работа. «Важно подчеркнуть, что вся эта деятельность была полностью самостоятельной. Я не был лаборантом или учеником при ком-либо. Проводимая мной работа не входила ни в какие научные планы, и никто, кроме меня, не был в ней заинтересован».

Это к разговору о сегодняшнем «бесии» планирования, когда научный результат прочно ассоциируется с безукоризненно составленным бюрократическим отчетом. Тема сама по себе исторически и прагматически очень интересная: планирование науки. Жаркие дискуссии велись в СССР еще с середины 1920-х годов. И уж совсем немыслимое сегодня: «Я помню, что на четвертом курсе университета мы, студенты, настояли, чтобы в спецкурс по термодинамике был включен раздел о влиянии высоких давлений на вещество и химическое равновесие».

Окончание университета, поступление в аспирантуру, прикомандирование к Институту физики высоких давлений. И начинается цепь событий и встреч, которые обычно историки науки не берут в расчет в своих теоретических построениях. Несколько зарисовок...

Страница из лабораторного журнала
С.М. Стишова. 1961 г.
Фото из рецензируемой книги.
Секретарь директора Института геохимии АН СССР, академика А.П. Виноградова: «Анна Ильинична, дама преклонных лет, летала, как девочка, реагируя на звонки из кабинета А.П., кого-то вызывала, с кем-то соединяла и пр. Анна Ильинична играла важную роль в механизме власти А.П. По-видимому, она была уверена в его божественном происхождении и пыталась заразить своей уверенностью окружающих…»

Лаборатория в ИФВД, куда приходит молодой аспирант: «А что же остальные: шестеро механиков, инженер, техник, лаборант, наконец, сам А.А. Семерчан (руководитель лаборатории. – А.В.)? Двое ученых могли за­грузить механиков работой приблизительно на 5, ну от силы на 10% их рабочего времени. В остальное время вся команда не де­лала просто ничего, систематически, днями, неделями и месяца­ми. Впрочем, эпизодически механиков захватывала какая-нибудь эпидемия. Все делали магнитофоны, или люстры, или торшеры. Благо, материал был под рукой. В общем, люди дошли до такой степени безделья, что их естественное самоуважение начинало давать трещины. Поэтому они с жадностью старались сделать что-нибудь полезное и с большой готовностью выполняли мои просьбы…»

И, несмотря на запутанность, а часто и просто абсурдность планового управления наукой – «Главный принцип советской науки – движение стройными рядами под руководством несменяемых лидеров», – Академия наук СССР все же обеспечивала межинститутский обмен: образцы кварца для своих экспериментов аспирант Стишов брал на кафедре в МГУ; рентгеноструктурные исследования – в соседней лаборатории ИФВД; необходимые имерсионные жидкости для анализа новой фазы кремнезема – в Институте геологии рудных месторождений АН СССР; измерение микротвердости образцов – в Институте минералогии, геохимии и кристаллохимии редких элементов; обсчет полученных диаграмм – совместно с Институтом кристаллографии РАН… Сейчас под единой «крышей» Министерства науки и высшего образования РФ такое вряд ли возможно. Да еще простому аспиранту.

Спрашивается: ну и кому это интересно? Зачем это надо? Оказывается, очень даже надо! «По крайней мере Рас Хемли, молодой и очень успешно работающий сотрудник Геофизической лаборатории (Вашингтон), на мой встречный вопрос о причинах интереса к тем далеким временам ответил: «Нас интересует, как работает советская наука».

ВОЕННО-ХИМИЧЕСКАЯ ЭПОПЕЯ

Супотницкий М.В., Петров С.В., Ковтун В.А.
Химическое оружие в Первой мировой
войне.– Москва: НП ИД «Русская панорама»,
«СПСЛ», 2020. – 446 с. 22 х 14,5 см.
Тираж 1000 экз.
«По полноте и охвату представленных сведений книга носит энциклопедический характер». В издательской аннотации – ни слова преувеличения.

Историей химической войны – а именно таковой, как оказывается, следует считать Первую мировую войну – еще никто так системно не занимался. Кропотливый, детальный разбор боевых операций с использованием химического оружия (ХО) на полях Первой мировой. С точностью до килограммов отравляющих веществ (ОВ) и минут их применения! Три автора: Михаил Васильевич Супотницкий– главный специалист 27-го Научного центра МО РФ, кандидат биологических наук, Станислав Вениаминович Петров – доктор технических наук, генерал-полковник в отставке, начальник Химических войск СССР (1989–1991), начальник войск РХБ защиты (1992–2001), и Виктор Александрович Ковтун – полковник, начальник 27-го НЦ МО РФ, кандидат химических наук, – создали самый настоящий научно-технологический (техно-научный) триллер. Или, лучше сказать, документальную эпопею. Причем доскональный анализ архивных источников – важный сам по себе; около 250 библиографических ссылок, – нужен авторам прежде всего для того, чтобы реконструировать изменение стратегии и тактики ведения боевых действий как функции от научно-технологических факторов.

Первую мировую часто называют «войной моторов». В начале войны у Франции, например, было 110 грузовиков, 50 тракторов и 132 аэроплана. А в 1918 году французский парк грузовиков составил 70 тыс. единиц и 12 тыс. аэропланов! Добавьте к этому 100 тыс. грузовиков британской и американской армий. К концу войны родилось даже крылатое выражение: «Победа союзников над Германией – это победа грузовика над паровозом» (Иголкин А.А. Источники энергии – экономическая история (до начала ХХ века). – М.: Ин-т росс. ист. РАН, 2001. – 212 с.). И лишь мимолетно, вскользь упоминается всегда о другой стороне этой мировой бойни – соревновании воюющих держав в создании отравляющих веществ (ОВ) и способов их эффективного применения.

Но вот оказывается, что с не меньшим основанием можно считать, что это была победа химической науки и химической технологии союзников. А ведь летом 1914 года никто не мог даже предположить, что так все обернется. «Русских офицеров беспокоила не сама война, а возможность ее быстрого окончания, что могло бы помешать получить «хотя бы Анну 4-й степени». Армии, вступившие в войну в 1914 году, по своему составу и вооружению в основном были массой пехоты, представлявшей собой однообразно организованные и однообразно вооруженные единицы. Пехотный полк имел на своем вооружении всего 6–8 громоздких пулеметов, шесть телефонных аппаратов и 18 км кабеля. Этим и исчерпывался весь технический арсенал пехоты. Недостаточность телефонного имущества вытекала из убеждения в том, что телефон непригоден как средство связи в бою, команды проще отдавать голосом. Почти 44 года мирного сосуществования европейских государств и колониальные войны не стимулировали развитие артиллерии».

Тем более интересно проследить, как эти начальные и граничные условия – очень быстро! – изменились под влиянием появления ХО. Чему, собственно, и посвящена книга «Химическое оружие в Первой мировой войне».

«Газопуск под Ипром 22 апреля 1915 г. показал большие возможности химического оружия, его применение стало не­отъемлемым тактическим приемом в наступлении на подготовленную полосу обороны. В 1915–1916 гг. применение химического оружия для преодоления первой линии обороны противника изменило построение боевых порядков путем их рассредоточения и переноса в глубину полосы обороны. Менялся и подход к выбору ОВ. Химическая война началась с использования инкапаситантов (бромацетон, бромметилкетон и др.) и малотоксичных удушающих ОВ – хлора или брома, постепенно приняла крайнюю форму, подразумевающую уничтожение противника ОВ смер­тельного действия. Масштабы применения химического оружия значи­тельно возросли – от разовых газопусков до включения в артиллерийские парки 30–80% химических снарядов различного тактического назначе­ния. Газобаллонные пуски не оправдали своими результатами сложности их подготовки и концу 1916 г. утратили свое значение. Применение же 50% и более химических снарядов считалось залогом успешности подавления обороны противника. В этом случае достигалась тактическая и оперативная внезапность. «Газовые прямоугольники» создавались на площадях в десятки квадратных километров, «ипритные желтые пространства» неделями занимали сотни квадратных километров территории противника».

(Пояснение из «Терминологического словаря», которым авторы очень благоразумно снабдили книгу: «Инкапаситанты – группы ОВ, временно (от нескольких часов до нескольких суток) выводящих из строя живую силу противника. У человека вызывают психические или физиче­ские отклонения, которые препятствуют выполнению поставленных задач. Смертельное действие для инкапаситантов нехарактерно. Выводящие из строя дозы примерно в 500–2000 раз ниже смертельных».)

Пример использования противогазовых масок
с однослойным патроном образца 28/8. 1915 г.
Фото из рецензируемой книги.
Лавина мало или вовсе неизвестной информации! Поэтому приведу только оглавление книги «Химическое оружие в Первой мировой войне». Оно само по себе интригует и говорит о многом: «Довоенные представления о химическом оружии и предстоящей войне», «Первый опыт применения химического оружия в кампании 1915 г.», «Изменение характера химической войны в 1916 г. – от инкапаситации к истреблению противника», «Химическая война в 1917 г. – обретение опыта», «Последний год – война становится химической», «Развитие огнеметного вооружения» (нигде раньше я не читал такого полного обзора, фактически – книга в книге! – А.В.), «Если бы война продолжилась в 1919 г.»…

В итоге: «Всего за годы Первой мировой войны применено 125 тыс. т различных ОВ. В боевых условиях проверена поражающая эффективность 45 химических веществ. Только Германия произвела 76 тыс. т ОВ и снарядила ими 34 млн шт. снарядов. Абсолютное число потерь американской армии от ОВ составило 70 752 человека, или 27% общих потерь, составивших 258 752 человека». И тем не менее союзники «перехимичили» Германию.

Но что же все-таки было бы, если бы война продолжилась еще несколько месяцев? «По образному описанию начальника Военно-химического управле­ния РККА Я.М. Фишмана, сделанного им через 10 лет после окончания войны, «если бы война продолжалась еще лишь 6–8 месяцев, на поля битвы были бы выброшены (особенно американцами) фантастические количества иприта. На сотни километров в глубину тыл был бы отравлен, и на пораженной ипритом территории воинские части напрасно ис­кали бы чистого от газа уголка, где можно было бы снять маски и утолить жажду и голод».

УЧЕНЬЕ И СВЕТ

Фандо Р.А. Народные университеты
Российской империи: от популяризации
к организации науки – М.: Янус-К, 2020. – 344 с.
илл. 24,3 х 17 см. Тираж 500 экз.
Монография кандидата биологических наук, ученого секретаря Института истории естествознания и техники им. С.И. Вавилова РАН Романа Алексеевича Фандо продолжает его предыдущую работу, посвященную Московскому городскому народному университету (МГНУ) – Университету им. А.Л. Шанявского (Фандо Р.А. Университет им. А.Л. Шанявского на фоне смены эпох. – М.: 2018). Но от книги об Университете А.Л. Шанявского новая отличается существенно: кроме МГНУ в монографии подробно рассмотрено становление Томского городского народного университета им. П.И. Макушина, Нижегородского городского народного университета и Народного университета им. Л.И. Лутугина (Петроград). «Выбор этих университетов обусловлен тем, что они были наиболее известными и крупными в России, создавались не как лектории, а как высшие учебные заведения, имели относительно постоянный состав слушателей».

Не менее интересно оказалось проследить, как традиции народных университетов «проросли» в советской высшей школе и в эмиграции: «…обращение к истории негосударственного высшего образования дореволюционной России стало актуальным в связи с широким распространением частных вузов в настоящее время». Увы, в последние несколько лет в РФ наметилась обратная тенденция – массовое закрытие частных вузов…

А в начале ХХ в. «негосударственное образование в 1900–1917 гг. по темпам роста и возросшему интересу со стороны населения стало опережать систему правительственного высшего образования – за период с 1899 по 1917 г. в России были открыты 22 общественных вуза и только 7 государственных». И при этом – цветущее разнообразие форм: курсы, народные университеты, вольные школы...

На мой взгляд, один из самых важных сюжетов книги – как раз борьба за нарратив, за институализацию, за официальное признание этой формы образовательной деятельности. (Этому посвящена глава «Организационное устройство, профессорско-преподавательский и студенческий состав народных университетов».) В лучших своих проявлениях народные университеты были именно образовательными учреждениями высшего образования (по крайней мере стремились к этому статусу). Например, один из профессоров университета, выдающийся русский химик А.Е. Чичибабин видел важнейшее предназначение высшей школы именно в подготовке научных кадров: «Чем больше людей, занимающихся наукой, выходит из учебного заведения, тем более полезных деятелей, даже в чисто практической жизни, дает оно; и наоборот, учебное заведение, не дающее деятелей чистой науки, не заслуживает названия высшего учебного заведения, это в лучшем случае хорошая школа ремесленников, способных исполнять заданное им дело, но неспособных его усовершенствовать».
Лаборатория экспериментальной зоологии
Университета им. А.Л. Шанявского. Крайний
справа – Н.К. Кольцов. Источник АРАН.Ф. 450.
Оп. 4. Д. 85. Л. 8.
Фото из рецензируемой книги.
Пересказывать, даже в форме синопсиса, досконально реконструированную Р.А. Фандо историю четырех ведущих народных университетов Российской империи не имеет смысла. (О деталировке такой реконструкции говорит, например, такой факт: в книге приведены даже цены на обеды в столовой университета им. А.Л. Шанявского.) Меня больше всего поразила фундаментальность университетских программ. Прежде всего это относится к университету Шанявского. Там были созданы и выдавали первоклассную научную продукцию научные школы по биологии, кристаллографии, физике, политэкономии, юриспруденции… В качестве примера – тема одной из лекций: «О зависимости русского национального характера от природных условий страны» (В.М. Хвостов)».

Или вот не менее интересное исследование Земенгофа М.Ф. (1913): Согласно статистическим данным, убийства в деревнях составили 6,32% от общего числа преступлений, в городах – 2,92%, в столицах – 2,89%, кражи: 21,75% – в деревнях, 42,35% – в городах, 52,67% – в столицах, телесные повреждения: 21,07% – в деревнях, 9,28% – в городах, 6,25% – в столицах. Таким образом, от деревни к городу изменяется качественная характеристика преступности: от более «тяжелых» форм в сельской местности к более «легким» – преступления против личности, превалирующие в селе, заменяются в городе на преступления против собственности. «Город трансформирует преступность в сторону личной безопасности».

С этим и сегодня не поспоришь.

ГБОУ СОШ № 197 (ИНН: 7727188414)

Общая информация:

Полное юридическое наименование: Государственное бюджетное образовательное учреждение города Москвы средняя общеобразовательная школа № 197

Руководитель: Директор Фандо Роман Алексеевич

Дата записи в реестре: 04.01.2003

Количество учредителей: 1

Контактная информация:

Юридический адрес: РОССИЯ, 117447, г. Москва, ул. Новочеремушкинская, д. 11, корп А

Электронная почта:

Сайт (www):

Телефон (а): 129-71-55, +7 (499) 711-65-49

Реквизиты организации (данные из реестра):

ИНН: 7727188414

КПП (код причины постановки на учет): 772701001

ОКПО: 45393729

ОГРН: 103773

86

ОКФС: 13 - Собственность РФ

ОКОГУ (Национальная классификация государственной власти и управления): 2300223 - Органы исполнительной власти Российской Федерации, осуществляющие функции в области финансирования образования и науки

ОКОПФ (Национальная классификация юридических форм): 81

ОКТМО (Национальная классификация муниципальных образований): 45397000000

ОКАТО: 45293554 - город Москва, Юго-Западный, Академический


Виды деятельности:

Основное (NACE): 80.21.2 - Образование, Основное общее, среднее (полное), начальное и среднее профессиональное образование, Основное общее и среднее (полное) общее образование, Среднее (полное) общее образование

Найти похожие предприятия (с такими же КДЕС и ОКАТО)

Учредители компании:

Наименование Акция Сумма
ДОНМ 0% 0 тыс. Руб.

Справка:

Компания ГБОУ СОШ № 197 зарегистрирована 04 января 2003 года по адресу 117447, г. Москва, ул. Новочеремушкинская, д. 11, корп А.Компании был присвоен ОГРН 103773

86 и выдан ИНН 7727188414. Основным видом деятельности является среднее (полное) общее образование. Компанию возглавляет Директор Фандо Роман Алексеевич.

Статья о лесном хозяйстве в The Free Dictionary

отрасль общественного производства, которая изучает, регистрирует, восстанавливает и выращивает леса, защищает их от пожаров, вредителей и болезней и регулирует их использование таким образом, чтобы потребность экономики в древесине и другие лесные продукты, а защитные и биорегулирующие функции лесов сохраняются.Лесное хозяйство также организует использование лесов для отдыха и других специальных целей. Среди отраслей общественного производства лесное хозяйство отличается чрезвычайно длительным производственным циклом (50–100 лет и более).

Основная задача социалистического лесоводства - действовать в интересах нынешнего и будущих поколений, планируя рациональное использование и сохранение лесов как важнейшей составляющей биосферы. Основополагающие принципы лесного хозяйства включают обеспечение непрерывного использования лесов путем замены уничтоженных деревьев, обеспечение полного и рационального использования лесных ресурсов и лесных площадей, а также восстановление лесов, повышение качества и продуктивности лесов (т. Е. какие запасы древесины накапливаются) и эффективно защищает леса от пожаров, вредителей и болезней.

В капиталистических странах, где большая часть лесов находится в частной собственности, целью лесного хозяйства является максимизация прибыли. Часто это приводит к сплошным рубкам и уничтожению лесов, которые важны не только как источник сырья, но и в целях сохранения. Во второй половине 20 века серьезный ущерб, нанесенный нерациональной эксплуатацией лесов, заставил несколько капиталистических стран принять ограниченные меры по регулированию вырубки и восстановления лесов.Таким образом, проблема ведения лесного хозяйства приобрела социальную значимость. Социалистическая система хозяйства создает благоприятные условия для успешного решения проблемы лесопользования.

Исторический очерк. Из-за возросшего спроса на древесину для гражданского и военного строительства, а также из-за развития сельского хозяйства и различных промыслов (например, дистилляция дегтя, сжигание древесного угля и охота) лесное хозяйство возникло как отрасль производства. История лесного хозяйства тесно связана с возникновением различных форм собственности на землю.Многие леса были уничтожены, чтобы подготовить землю для земледелия. Использование лесов без учета их многогранного значения часто имело катастрофические последствия. Энгельс писал: «Люди в Месопотамии, Греции, Малой Азии и других местах, вырвавшие леса с корнем для получения сельскохозяйственных угодий, не мечтали, что они закладывают основу для нынешнего запустения этих стран, лишая их не только лесов, но и земель. центры накопления и хранения влаги »(К. Маркс и Ф.Энгельс, Сок, 2-е изд., Т. 20, стр. 496). Повышенное потребление древесины и, как следствие, сокращение лесных площадей вынудили регулировать вырубку леса сначала в наиболее густонаселенных регионах, а затем в более широком масштабе. Кроме того, необходимо было предпринять шаги для восстановления и защиты лесов. Однако при феодализме и капитализме эти меры были малоэффективными. Маркс отмечал: «Развитие культуры и промышленности со времен античности привело, как правило, к такому разрушению лесов, что все, что было сделано для поддержания старых лесов и посадки новых, было ничтожным по сравнению с этим» (там же., т. 24, стр. 275).

В России несколько законодательных актов, ограничивающих и запрещающих рубки на некоторых участках леса, были изданы Петром I еще в начале XVIII века. Первые попытки восстановить, посадить, описать и провести инвентаризацию лесов относятся к этому периоду. Однако лесное хозяйство в дореволюционной России развивалось медленно, главным образом потому, что лесные земли принадлежали разным людям и учреждениям. Из всех лесов Европейской России в 1914 году 66 процентов принадлежали государству, 22 процента - частной собственности, 8 процентов - крестьянам, 3 процента - царской семье и 1 процент - представителям других групп.С развитием капитализма были уничтожены обширные лесные массивы, в основном наиболее доступные. Только в европейской части России было уничтожено около 70 миллионов гектаров (га) лесов, а с конца 17 века по 1914 год площадь лесов сократилась с 49,5 до 32,5 процентов от общей площади страны. Площадь лесов упала с 18,4 до 6,8% в Воронежской, Курской, Полтавской и Харьковской областях и с 37,3 до 15,3% в Орловской, Черниговской и Киевской областях. Леса были уничтожены так быстро, что в 1888 году пришлось принять закон о их защите (Статут о сохранении лесов), но это не сильно изменило ситуацию.Более того, леса были недостаточно изучены, и прилагались очень ограниченные усилия по их восстановлению и защите. В дореволюционной России с начала 18 века по 1917 год под облесение было отведено около 900 000 га. Из этой площади около 200 000 га были засажены для восстановления степей и стабилизации песчаных участков и участков, сильно размытых оврагами и оврагами.

В СССР. Великая Октябрьская социалистическая революция ликвидировала частную собственность на лес и положила начало принципиально новому этапу в развитии лесного хозяйства.В 1918 году Ленин подписал обращение Совета Народных Комиссаров, в котором говорилось, что «в наследство от злополучной войны остались обнаженные обширные территории, которые в интересах народа должны быть немедленно покрыты лесами…». Все леса должны быть обнаружены и нанесены на карту, описаны и управляться… Леса не принадлежат деревням, районам, провинциям или регионам. Это национальный ресурс, который никак нельзя поделить »(Леса Республики, 1918, № 2, с. 98). Первый декрет о лесах, изданный в 1918 году, предусматривал, что управление лесами должно осуществляться «(а) в интересах общего благосостояния и (б) на основе планового восстановления» (Сборник законов и постановлений рабоче-крестьянской Правительство, 1918, вып.42, стр. 522). С первых дней Советской власти Коммунистическая партия и Советское правительство проявляли постоянную заботу о рациональном использовании и сохранении лесов.

С 1923 года основные аспекты лесного хозяйства и использования лесных ресурсов страны регулируются Лесным кодексом РСФСР. В зависимости от хозяйственного значения лесные земли классифицируются как общегосударственные или местные леса. К первым относятся леса особого значения. Определены процедуры использования и управления каждой категорией леса.Большое внимание уделяется организации, изучению, восстановлению и посадке лесов, а также плановому использованию лесных ресурсов. В 1924 году был подготовлен первый перспективный план развития лесного хозяйства РСФСР на 1925–28 годы. Его основные цели заключались в обеспечении того, чтобы непрерывное плановое использование древесины не истощало леса, полностью удовлетворять потребности государства и населения в древесине и обеспечивать максимальную рентабельность лесов.В то время важную роль играли доходы от леса и экспорта пиломатериалов. Пиломатериалы были основным экспортным товаром СССР в 1928–29 гг. В 1926 году, когда началась индустриализация страны, леса стали особенно важным источником строительных материалов.

Поскольку было необходимо ускорить лесозаготовительные работы, использовать лесное сырье в густо заросших лесах, а также защитить и расширить леса в малолесистых районах, в 1931 году леса были разделены на лесозаготовительные зоны и зоны возделывания, для которых были предусмотрены различные условия использования и управления. были созданы.В зоне возделывания (Центральная Черноземная зона, Северный Кавказ, части Нижнего Поволжья, Украина и Средняя Азия, а также малолесные районы Западной Сибири) использование лесов не должно было превышать среднего прироста (накопления запасов древесины в результате роста древостоя). В зоне возделывания запрещены концентрированные рубки, и усилия направлены в первую очередь на создание новых лесов. В лесной зоне, где имелись большие запасы спелой древесины, были созданы наиболее благоприятные условия для развития промышленных лесозаготовок в больших масштабах.

Пятилетний план защитного лесоразведения, принятый на 1933–37 годы (период второй пятилетки), предусматривал создание 350 000 га лесозащитных полос, 300 000 га лесов для стабилизации горных склонов и оврагов и 150 000 га. лесов на землях, непригодных для ведения сельского хозяйства. В целях содействия дальнейшему развитию и совершенствованию лесного хозяйства в 1936 году в особую категорию водоохранных и защитных лесов было отнесено 75 млн. Га лесов (часть лесосекционной зоны и водоохранных и защитных лесов в лесной зоне).В 1943 году леса страны были разделены по своему экономическому значению на три группы, для каждой из которых были установлены различные условия управления и использования в зависимости от их значения. Это помогло поднять уровень лесного хозяйства и улучшить организацию использования и восстановления лесных ресурсов. Было рассмотрено основное назначение каждой категории леса.

По состоянию на 1943 г. в первую группу входили леса особого защитного значения: государственные заказники, почвозащитные, полевые и курортные леса, зеленые зоны в городах и крупных населенных пунктах, хвойные ленточные леса Западной Сибири и колки. в небольших углублениях).Позже к первой группе были добавлены защитные полосы вдоль автомобильных и железных дорог, ограничительные защитные полосы на берегах рек, в зонах выращивания орехов и климаторегулирующих тундровых лесов. Для использования этих лесов были предписаны особые условия, а вырубка разрешалась только для улучшения и восстановления. С развитием промышленности и ростом городского населения эта группа лесов стала более важной. К 1 января 1966 г. они занимали 94,7 млн ​​га.

Во вторую группу входят леса, имеющие важное как защитное, так и хозяйственное значение.Они расположены в редколесьях, а также в ряде густо заросших лесов, где ограниченные лесные ресурсы вынудили ввести более строгий контроль за использованием лесов и отвести лесному хозяйству более важную роль. В этих лесах проводится большая работа по восстановлению и улучшению древостоев и повышению их продуктивности. Леса второй группы занимают 48,3 млн га.

Третью группу составляют леса в густо заросших лесах, которые удовлетворяют большую часть потребностей экономики в древесине.Они являются основным источником сырья для развития промышленной лесозаготовки. Кроме того, они важны для сохранения динамического равновесия биосферы. Леса третьей группы занимают 517,5 млн га.

Функции лесного хозяйства варьируются от одной части Советского Союза к другой. В лесных регионах с большим запасом спелой древесины лесозаготовками занимаются специализированные предприятия лесной промышленности. Лесоводство изучает, обновляет, сохраняет, защищает и проводит инвентаризацию лесов на этих территориях и регулирует их использование.В малолесных регионах лесное хозяйство также занимается получением и первичной обработкой спелой древесины. В неосвоенных (резервных) лесах ведение лесного хозяйства ограничивается в основном инвентаризацией лесов и их защитой от пожаров, вредителей и болезней.

Государственным органом управления лесным хозяйством в Советском Союзе является Государственный комитет лесного хозяйства при Совете Министров СССР, которому подчиняются государственные лесные комитеты и министерства союзных республик.В автономных республиках есть министерства или управления лесного хозяйства, а в краях и областях - управления лесного хозяйства и государственные лесхозы (лесхозы) (в некоторых малолесных районах - лесозаготовительные и лесопромышленные предприятия [леспромхозы]), которые являются основными административными единицами в лесном хозяйстве. система. В каждом лесхозе есть несколько лесничеств (лесничеств), которые отвечают за ведение лесного хозяйства и надзор за использованием лесных ресурсов.

В 1972 году в систему лесного хозяйства СССР входило около 2 400 государственных лесхозов, лесозаготовительных и лесопромышленных предприятий и 11 900 лесничеств. Средняя площадь государственного лесхоза составляет около 500 000 га, лесного участка - около 100 000 га. Размер государственных лесхозов и участков варьируется в зависимости от объема лесохозяйственных работ от десятков тысяч гектаров до миллиона гектаров и более в неосвоенных таежных регионах.В средней полосе европейской части СССР площадь среднего лесного участка составляет 5–10 000 га. Информация, предоставляемая лесным хозяйством, является основой для планирования, а также для развития и размещения лесной промышленности и отраслей промышленности, перерабатывающих древесину (целлюлозно-бумажная промышленность, изделия из древесины, гидролизные предприятия).

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ЛЕСОВ . Важными аспектами использования природных ресурсов являются вырубка и использование лесов перед их вырубкой для получения промышленного и лекарственного сырья, продуктов питания, пушнины и дичи.Леса также используются для защиты, сохранения воды, отдыха и других специальных целей. Лесозаготовки, один из основных способов использования лесов человеком, подразделяются на основные рубки (вырубка зрелых деревьев), промежуточные рубки (использование древесины от рубок улучшения и чистки, произведенные во время создания леса) и разные рубки, сделанные в лесах. для расчистки лесных массивов для промышленных и иных целей, а также для телефонных и электрических линий.

По мере развития производительных сил потребность в древесине в промышленности и строительстве быстро растет.С 1966 по 1972 год ежегодный сбор древесины в мире составлял более 2 миллиардов кубометров. Тем не менее, нехватка древесины становится все более серьезной. В СССР быстро растет потребление древесины. При Советской власти были предприняты важные шаги по развитию и улучшению географического распределения лесозаготовительной и деревообрабатывающей промышленности, по освоению сырья, имеющегося в густо засаженных лесами регионах севера, Урала, Сибири и Дальнего Востока, а также сократить количество вырубок на участках с редким лесным массивом.Леса интенсивно используются в Европейской части СССР, в том числе на Урале. Сибирь и Дальний Восток также открывают большие возможности для развития лесной и деревообрабатывающей промышленности.

Большая часть потребностей страны в древесине удовлетворяется за счет основных рубок (около 87 процентов от общего объема в 1970–1972 годах). В СССР применяются разные системы основных рубок в зависимости от хозяйственного значения леса, условий произрастания и биологических характеристик древостоев.Сплошные рубки являются ведущим методом, на них приходится около 95% всех вырубок. Также производятся сукцессионные и выборочные рубки, особенно в первой из трех групп лесов, созданных в 1943 г., и в эксплуатационно-защитных горных лесах. Разработаны и внедрены региональные правила рубок в лесах всех союзных республик. Они учитывают биологические особенности и многогранное значение лесов. Вырубка улучшения важна для создания и выращивания ценных насаждений.Это также полезно для получения дополнительной древесины во время роста древостоя.

Леса являются источником промышленного и лекарственного сырья, продуктов питания, меха и большого количества дичи. Пчеловодство также важно в лесах. Лесные площади включают значительное количество сенокосов и пастбищ, которые используются для увеличения кормовой базы животноводства. Биорегулирующие, защитные, рекреационные и другие особые аспекты лесов приобретают все большее значение в 20-м веке, веке научно-технической революции.

Лесовозобновление и облесение являются основными функциями лесного хозяйства. Первые попытки искусственного облесения в России были предприняты в начале 18 века по приказу Петра I. Масштабное облесение степей началось в конце 18 - начале 19 века. С 1817 по 1857 год в безлесных районах Украины было засажено более 16 000 га леса, в основном на песке. Министерство государственных имуществ, организованное в 1837–1838 гг. И отвечавшее за управление государственными лесами, инициировало политику регулярного облесения.В 1886 году государство приступило к созданию лесозащитных полос вдоль водоразделов в Самарской, Саратовской, Оренбургской, Воронежской и Ставропольской губерниях.

Значительное внимание было уделено лесовосстановлению и облесению после Великой Октябрьской революции. Специалистами разработаны методы и технология посадки леса в различных условиях выращивания, разработаны машины и устройства для механизации работы по выращиванию саженцев, посеву и посадке леса. Начали применяться арборициды и гербициды для химической защиты лесов.СССР является мировым лидером по лесовосстановлению. Большое значение придается использованию способности леса к естественному возобновлению. Выбираются соответствующие системы вырубки и защищается молодое поколение (отрастание) деревьев, чтобы обеспечить естественное возобновление на больших площадях. Восьмая пятилетка (1966–70) предусматривала лесовосстановление 11,2 млн га, в том числе 6,4 млн га лесовосстановления путем посева и высадки саженцев. За эти пять лет 1.2 миллиона га деревьев были посажены в оврагах и оврагах, на песках и эродированных землях для защиты почвы от водной и ветровой эрозии. Кроме того, на территории колхозов и совхозов засажено 261 000 га лесополос. В лесхозах страны насчитывается более 11 000 питомников, в которых ежегодно выращивают около 7,1 миллиарда саженцев и 150 миллионов саженцев более 120 видов деревьев и кустарников. Специалисты лесного хозяйства работают над созданием постоянного семенного фонда леса по селекционному принципу.Лесовосстановление становится все более механизированным.

Обширная площадь лесов в СССР (более половины страны), их расположение и различия в степени развития вызвали необходимость применения различных методов защиты от пожаров, вредителей и болезней. Государственная служба защиты леса является частью системы лесного хозяйства. В населенных пунктах с достаточно хорошей сетью дорог противопожарная защита может быть обеспечена на земле, но в сильно лесных, малонаселенных и слаборазвитых регионах используются самолеты и вертолеты.Служба охраны леса и лесопатологи систематически осматривают леса, чтобы оперативно выявлять очаги вредителей и болезней и принимать необходимые меры по их искоренению или локализации. Станции по борьбе с вредителями и болезнями организованы в нескольких лесных районах. Для уничтожения вредителей широко используются химические вещества, но применяются также меры биологической борьбы.

Развитие лесного хозяйства в СССР зависело от достижений лесной науки и подготовки квалифицированных кадров.В 1972 г. исследованиями по лесному хозяйству занимались 14 институтов, 2 лаборатории и 58 лесных опытных станций. Кроме того, исследования в области лесоводства проводят 14 деревообрабатывающих, технологических и сельскохозяйственных институтов. Инженеров лесного хозяйства готовят около 20 высших учебных заведений, специалистов средней квалификации - в техникумах.

Дальнейшие улучшения в лесном хозяйстве ожидаются в результате разработки более совершенного оборудования и химикатов, более широкого использования лесных ресурсов и государственных лесных земель, а также повышения продуктивности и качества лесов.Больше усилий будет прилагаться для ухода за лесами и обеспечения лучшей защиты от болезней, вредителей и пожаров.

В зарубежных странах . Быстрый рост потребления древесины и растущий дефицит древесины во многих странах привели к активизации усилий по защите лесов. В то же время промышленно развитые капиталистические страны все больше внимания уделяют многим функциям леса. Восстановление лесов и создание новых лесов стали более важными.Лесоводы повышают продуктивность и сокращают период, необходимый для выращивания лесов, изменяя среду произрастания леса, путем отбора и интенсивного лесопользования. В субтропических и тропических странах специалисты создают плантации быстрорастущих видов и улучшают существующие леса. Лесоводы в умеренном поясе и в северных странах улучшают местные леса и уделяют больше внимания хвойным породам. В Скандинавских странах и некоторых других странах Европы лиственные породы систематически удаляются из лесов, за исключением наиболее продуктивных насаждений.В ряде европейских стран, а также в США и Канаде продуктивность лесов повышается за счет применения минеральных удобрений и улучшения лесных угодий. Однако капиталистическая общественная система и частная собственность на леса являются серьезными препятствиями на пути развития лесного хозяйства. Несмотря на принятие различных мер, в частных лесах разрешена случайная вырубка, а наиболее ценные насаждения интенсивно используются для получения прибыли. Недостаточное внимание уделяется развитию лесного хозяйства и необходимости сохранения различных функций лесов.

Лесное хозяйство в социалистических странах добилось больших успехов. В период с 1946 по 1970 год во всех социалистических странах Европы (за исключением СССР) было создано не менее 1 млн га новых лесов и 250–300 тыс. Га насаждений промышленного и защитного значения, а на вырубках было восстановлено 3 млн га лесов. срезанные участки. Большая работа проводится по улучшению родового состава лесов и повышению их продуктивности за счет расширения и совершенствования техники рубок ухода, высадки саженцев, посева семян ценных древесных пород, использования новых пород, проведения мелиоративных мероприятий. , и внесение удобрений.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Marx, K., and F. Engels. Носок, 2-е изд., Т. 24.
Энгельс, Ф. Диалектика природы. Там же, т. 20.
Мелехов, И. С. Очерк развития науки о лесе в России. Москва, 1957.
Цепляев В.П. Лесное хозяйство СССР. Москва, 1965.
Лес - национальное богатство советского народа. Москва, 1967.
Лесное хозяйство СССР за 50 лет. М., 1967.
Мелехов, И. С. Проблемы современного лесоводства. М., 1969.
Моисеев Н. А. Основные тенденции использования и воспроизводства лесных ресурсов в зарубежных странах.М., 1971.
Морозов Г.Ф. Избр. труды, тт. 1–2. Москва, 1970–71.
Лесное хозяйство в системе планируемой экономики. Под редакцией П. В. Васильева и Т. Моленды. Варшава, 1972.

VA N IKOLAIUK и NN S EMENCHENKO

(1) Раздел растениеводства, специализирующееся на выращивании древесины для производства древесины и других изделий из дерева, а также для защиты и регулирования водных ресурсов. в эстетических, лечебных и оздоровительных целях. Иногда термин «лесное хозяйство» используется в более широком смысле как синоним управления лесами.

(2) Наука о природных характеристиках лесов и методах их возделывания и улучшения, а также повышения их продуктивности. Как наука, лесное хозяйство делится на лесоводство (изучение природных характеристик лесов) и собственно лесное хозяйство, которое разрабатывает методы и технологии выращивания лесов в различных природных, производственных и экономических условиях. В высших учебных заведениях лесного хозяйства СССР, Болгарии, Венгрии и Чехословакии лесное хозяйство как учебная дисциплина делится на общеобразовательные, включающие естествознание (лесоводство), профильные исследования (система и методы рубок, методы естественного лесоразведения, и методы повышения урожайности леса), и лесоразведение (ранее называвшееся специальным лесоводством).

Зачатки лесного хозяйства зародились в Древней Греции и Риме. В III веке, г. до н.э., г. до н.э., Теофраст посвятил одну из своих книг лесным деревьям. Римский поэт Вергилий сформулировал несколько гипотез по уходу за лесами, а римский ученый Плиний Старший, считавший леса божественным даром человеку, уделял лесному хозяйству даже больше внимания, чем его современники. Научный интерес к лесному хозяйству возрос в Европе 18 века. Это развитие было связано с C.Линней, написавший книгу по лесоразведению, Дюамель дю Монсо (Франция), описавший все отрасли лесного хозяйства, Х. К. Котта, Ф. Пфейл и Т. Хартиг (Германия), разработавшие важные проблемы в лесном хозяйстве, и М. В. Ломоносов, Фокель », А.Т. Болотов, С.П. Крашенинников, А.А. Нартов, В.Н. Татищев, изложившие основы лесного хозяйства и лесного хозяйства в России.

В первой половине XIX века в ряде европейских стран были созданы высшие учебные заведения по лесоводству, сыгравшие важную роль в развитии образования в области лесоводства и лесопользования.Лесной институт (ныне Ленинградская лесохозяйственная академия им. С. М. Кирова) открылся в 1803 году в Царском Селе. Позже его перевели в Санкт-Петербург. В Германии открылись Лесная академия (1816, Тарандт; ныне лесохозяйственный факультет Дрезденского технического университета) и Эберсвальдская лесная академия (1830; ныне Научно-исследовательский институт лесного хозяйства). Высшая школа лесного хозяйства была основана в 1824 году в Нанси, Франция. В Швеции Высшая школа лесного хозяйства была основана в 1828 году в Стокгольме.В Чехословакии лесной факультет Высшей сельскохозяйственной школы Брно был основан в 1816 году, а Институт лесного хозяйства и древесины был организован в городе Зволен в 1807 году. В Венгрии в Шопроне был открыт Университет лесного хозяйства и лесной промышленности. 1808. Лесоводство и лесоводство зародились в США в конце 19 века. Сегодня лесное хозяйство входит в учебные программы 50 университетов и других высших учебных заведений США.

Эксперименты в лесных заказниках учебных заведений имеют большое значение для изучения лесов.Лисинское лесничество (под Ленинградом), основанное в 1787 году, является одним из старейших заказников в мире и первым в России. Родина научного степного облесения - Великоанадольское лесничество - было основано на юге России в 1843 году. Опытная лесная дача Петровской сельскохозяйственной и лесной академии (Московская сельскохозяйственная академия им. К.А. Тимирязева) была основана в 1965 году. В конце XIX - начале XX века в разных частях России была организована сеть опытных лесных участков для систематических прикладных научных исследований.

Интенсивно изучаются леса европейского севера СССР, Сибири, Дальнего Востока, Урала, Средней Азии, Кавказа и других территорий. Советские ученые углубили изучение лесов. Разработаны экономические и биогеоценотические основы лесного хозяйства и классификация типов лесов, разработана генетическая и динамическая типология лесов, а леса классифицированы в соответствии с их ролью в водосбережении. Леса считаются важной составляющей биосферы, а также источником сырья.

За годы Великой Октябрьской социалистической революции Г.Н. Высоцкий, В.Н. Сукачев, М.Е. Ткаченко, М.М. Орлов, Н.В. Третьяков, Л.И. Яшнов, Н.П. Кобранов, А.П. Тольский, Л.А. вклад в лесное хозяйство. Ученые за рубежом, особенно в европейских странах, США, Канаде и Японии, реализуют важные проекты в области лесного хозяйства. В Австралии, Новой Зеландии, странах Латинской Америки и Африки, а также во многих странах Юго-Восточной Азии лесное хозяйство получило заметное развитие.

Очень важно решить проблему увеличения урожайности леса. Меры, направленные на решение этой проблемы, включают эффективное использование лесных ресурсов, кампанию против потерь, меры, направленные на воздействие на естественные условия роста лесов (например, проекты осушения и удобрения леса), а также улучшение состава леса за счет внедрения быстрорастущих и высокоурожайные виды.

Лесное хозяйство занимается теорией и практикой рубок общего пользования и рубок ухода с целью использования или восстановления лесов и выращивания высокопродуктивных древостоев.Географические соображения становятся все более важными для теории и практики лесного хозяйства. Например, лесное хозяйство подразделяется географически, и практические меры по ведению лесного хозяйства разрабатываются применительно к различным географическим регионам. Развито таежное, степное, лесостепное, горное, субтропическое и тропическое лесное хозяйство. Остается решить проблему выращивания лесов в тундре, в полузасушливых регионах и в пустынях. Ландшафтное лесоводство приобретает все большее значение в пригородных и других лесах.

Ученые начинают использовать методы современной биологии, физики, математики и кибернетики для решения задач в лесном хозяйстве. В прикладном лесном хозяйстве используются достижения механизации и химии (гербициды и арборициды), а также достижения селекции и генетики. Научные проблемы лесного хозяйства решаются в НИИ лесного хозяйства, ВУЗах лесного хозяйства, опытных лесничествах.

Расширение международных научных связей способствует развитию лесного хозяйства.Научные исследования ученых социалистических стран координируются Советом экономической взаимопомощи, разрабатываются двусторонние и многосторонние соглашения между научными лесохозяйственными учреждениями СССР и других стран. Всемирные лесные конгрессы, которые проводятся регулярно с 1926 года, играют все более важную роль в научно-техническом прогрессе лесного хозяйства и других лесных наук. (В период с 1926 по 1973 гг. Было проведено семь всемирных конгрессов.)

Старейшей международной организацией, занимающейся лесной наукой, является Международный союз исследовательских организаций лесного хозяйства (IUFRO). Предложение об основании этой организации было сделано в 1890 году в Вене на конгрессе сельского и лесного хозяйства. IUFRO был официально учрежден в Эберсвальде, Германия, в 1892 году. По состоянию на 1972 год организация провела 15 международных конгрессов. Он устанавливает контакты между учеными и научными учреждениями, организует обмен информацией по проблемам лесного хозяйства, разрабатывает стандартную номенклатуру и методы исследования, приводит в порядок международные библиографии по лесному хозяйству и ведет указатель терминологии.Одной из важных целей союза является поощрение ученых из разных стран, работающих над той или иной проблемой, к созданию и осуществлению совместных исследовательских программ.

В СССР работы по теоретическим и прикладным проблемам лесного хозяйства публикуются в трудах академий и институтов, в монографиях, в журналах Лесное хозяйство; с 1948 г., Лесной журнал; с 1958 г. , Лесоведение (Silvics; с 1967). Некоторые проблемы лесного хозяйства освещаются также в других научных и отраслевых журналах, в том числе в «Вестнике сельскохозяйственной науки» (1956) и «Лесная промышленность» (Лесная промышленность, 1941).

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Ткаченко М.Е. Общее лесоводство, 2-е изд. Москва, 1955.
Гулисашвили, В.З. Горное лесоводство для условий Кавказа. Москва-Ленинград, 1956.
Мелехов, И.С. Очерк развития науки о лесе в России. Москва, 1957.
Погребняк П. С. Общее лесоводство, 2-е изд. Москва, 1963.
Основы лесной биогеоценологии. Под редакцией В. Н. Сукачева и Н. В. Дилиса. Москва, 1964.
Мелехов И.С. Рубки главного пользования. Москва, 1966.
Вопросы таежного лесоводства на Европейском Сурове.Москва, 1967.
Правдин, Л. Ф. Тропическое и субтропическое лесоводство. М., 1969.
Морозов Г.Ф. Избр. труды, тт. 1–2. Москва, 1970–71.
Бельгард, А. Л. Степное лесоведение. Ленинград, 1971.
Мелехов, И.С. Лесоведение и лесоводство, 2-е изд. Москва, 1972.

Большая Советская Энциклопедия, 3-е издание (1970-1979). © 2010 The Gale Group, Inc. Все права защищены.

Пионеры - Проект женщин-первопроходцев в кино

от Донна Казелла

Немой фильм в Ирландии с 1914 по 1935 год был посвящен сельской жизни Ирландии, длительной борьбе за независимость от Великобритании и гражданской войне, которая бушевала с 1922 по 1923 год из-за образования Ирландского свободного государства.Такие фильмы, как фильмы продюсеров Эллен О’Мара и Ирландской кинокомпании Джеймса Марка Салливана (1916–1920), специализируются на романтических комедиях / драмах об ирландской жизни и исторических мелодрамах о протестантском господстве и использовании им ирландских католиков. В фильме сценариста Мэри Мэннинг «Гости нации» (1935) рассказывается об англо-ирландской войне (1919–1921) и ее разрушительном воздействии на сельскую местность Ирландии и ее жителей. Англо-ирландский писатель Доротея Донн-Бирн работала как в рамках этой националистической традиции, так и вне ее.В роли Долли Бирн она предоставила исходный материал для «Enter Madame» (США, 1922 г.), комедии в гостиной об эгоцентричной оперной певице и ее проблемном браке, а в роли Доротеи Донн Бирн она написала оригинальный рассказ для «Земли ее отцов». (IE / US 1925), романтическая драма, действие которой происходит на фоне англо-ирландской войны. За свою плодотворную карьеру Донн-Бирн писала для сцены и экрана, сочиняла очерки и рассказы на различные темы, которые отражали политическую и популярную культуру англо-ирландско-американских обществ, в которых она жила.Ее работа в кино указывает на раннюю зависимость от авторов источников и сценаристов, особенно женщин, от характера их вклада как кинематографических авторов и неопределенности, связанной с их участием в производстве.

Несмотря на продуктивную писательскую карьеру Донн-Бирн, о ее жизни и работе написано очень мало. Из-за нехватки биографической информации следующие оцифрованные записи оказались бесценными для объединения ее ранней жизни и карьеры учителя и писателя: Англия и Уэльс, Гражданский регистрационный индекс рождения, 1837-1915; Национальный архив: перепись населения Ирландии 1901/1911; Великобритания, Списки входящих пассажиров, 1878-1960 гг .; и Нью-Йорк, списки пассажиров и членов экипажа (включая Касл-Гарден и остров Эллис), 1820–1957.Эти базы данных указывают на то, что Донн-Бирн родилась у ирландских родителей в Сикомбе, Чешир, недалеко от Ливерпуля, где базировался ее отец, морской офицер торгового флота компании Lamport & Holt. Ее мать умерла при родах, как и близнец Донн-Бирн («Дороти Мэри Кэдоган», н.п.). Поскольку ее отец часто бывал в море, отправляясь из портов Великобритании и Нью-Йорка, ее воспитывал в основном дедушка в различных местах округов Дублина и Уотерфорд, хотя записи о пассажирах показывают, что она также жила с родственниками в Ливерпуле и его окрестностях ( «Дороти Кадоган» [Национальный архив] н.п.; «Дороти М. Кадоган» 1903, 1908, н.п.). Она часто навещала отца в Нью-Йорке как в детстве, так и во взрослом возрасте. Более поздние записи о пассажирах отмечают, что она жила в Дублине сначала в качестве учителя, а затем в качестве студентки («Дороти М. Кадоган» 1903, 1908, 1910, 1911, н.п.; «Д. Кадоган» 1904, н.п.).

Доротея Донн-Бирн с мужем. Предоставлено Историческим обществом Арма епархии.

Донн-Бирн рано проявила интерес к искусству, читая литературу в Университетском колледже Дублина, по словам ее подруги, писательницы Маргарет Виддемер из мемуаров 1964 года «Золотые друзья, которые у меня были» (177).Там она познакомилась со своим первым мужем, американским писателем ирландского происхождения Брайаном Освальдом Донн-Бирном (дефис и имена были опущены во взрослом возрасте). Ее муж всегда считал себя ирландским писателем, хотя, по словам Джона Брэдли в «Истории Донна Бирна» (187, 189), родился в Нью-Йорке в семье ирландцев. Когда ему было шесть лет, Донн Бирн, его сестра и мать (местонахождение отца остается неизвестным) вернулись в семейный дом в графстве Арма в Северной Ирландии, где его образование было сформировано культурным национализмом, чем он поделился с Доротеей (190-97). .После университета пара ненадолго рассталась, снова встретившись в Нью-Йорке, где они поженились в 1911 году (198). Сначала они поселились в Колумбии-Хайтс, Бруклин, быстро достигли литературного успеха и начали переезжать в нью-йоркские литературные, театральные и визуальные сообщества художников, согласно Терстону Макаули в «Донн Бирн, бард из Армы» (26–36).

В то время как ее муж писал стихи, рассказы и романы, пропитанные ирландской культурой, Доротея начала свою литературную карьеру соавтором (с Гильдой Варези) пьесы 1920 года «Войдите в мадам», романтической комедии, действие которой происходит в оперной сцене Бостона.«Enter Madame» была одной из двух работ Донн-Бирна (другой сценарий: «Сердце между двумя коврами», год неизвестен), которые не фокусировались на ирландской жизни и культуре. Доходы от успешного показа пьесы и написания статей ее мужа позволили им приобрести дом в Риверсайде, штат Коннектикут (Macauley 59). Однако пара потратила деньги так же быстро, как и заработала. После одиннадцати лет, проведенных в США, финансовые трудности вынудили их лишиться права выкупа этого дома и, по словам Стэнли Дж. Куница, вернуться в Англию и Ирландию («Authors Home Attached» 21; Kunitz 122, 123).Совокупный литературный доход пары и азартные игры ее мужа позволили им сдать в аренду и в конечном итоге купить замок Кулмейн, графство Корк, в 1926 году (Macauley 147, 156). Они делили свое время между Англией и Ирландией, время от времени путешествуя по США; однако они часто жили, писали и путешествовали порознь, что было обычным явлением в первые годы их брака. Мемуары Виддемера и исследование Мэри Э. Келлер жизни и работы Брайана приписывают эту договоренность разочарованию Донн-Бирн по поводу пьянства и азартных игр ее мужа (Widdemer 164, 178, 183, 185; Keller 28).Через два года после покупки замка он трагически погиб в автокатастрофе («Падение сворачивающейся машины в море» 5).

Ко времени смерти мужа Донн-Бирн уже сделала себе имя в театральных и кинематографических кругах. Она была занята воспитанием близнецов, когда работала с ведущим актером Варези в фильме «Enter Madame», на который повлияла собственная сценическая карьера Варези (Patterson 360). Чрезвычайно успешная романтическая комедия рассказывает об эгоцентричной оперной певице и ее проблемном браке.Спектакль открылся 16 августа 1920 года в нью-йоркском Театре Гаррика и, согласно бродвейским пьесам и мюзиклам Томаса С. Хищака, разыграл 350 спектаклей («Enter Madame» Fills the Garrick »8; Hischak 529). Популярность пьесы и ее критический прием побудили драматического критика New York Times Александра Вулкотта включить ее в свою десятку лучших за сезон 1920-1921 годов (1). «Enter Madame» также транслировалась в Вашингтоне, округ Колумбия, Филадельфии, Миннеаполисе и Чикаго, а также в Лондоне («Важные пьесы среди предложений» 1; «Enter Madame» [Evening Public Ledger] 16; «Театры» 7; Enter Madame »[Chicago Tribune] 21;« Enter Madame »[The Times] 8).Когда «Enter Madame» заканчивался в Нью-Йорке, Донн-Бирн также сыграл небольшую роль в музыкальном ревю «Some Party» (в роли Долли Бирн), который открылся 15 апреля 1922 года в театре Джолсона 59 th Street и быстро закрылся после семнадцати спектаклей (НП «Some Party»). Донн-Бирн больше не проявляла интереса к актерскому мастерству, вместо этого посвятив свою карьеру писательству.

Донн-Бирн начала исследовать ирландские темы в своей второй пьесе, менее успешной «Стране незнакомца» (1924), в которой рассказывается о трудностях ирландских экспатриантов в США, которые возвращаются в Ирландию.Основываясь на опыте ее мужа, перемещающегося между Нью-Йорком и Северной Ирландией, пьеса фокусируется на Пэте Макканне, ирландце из Бруклина, который возвращается на свою родину в графство Арма и обнаруживает, что он стал больше похож на стереотипного ирландца из американского театр. Согласно исследованиям Маргарет МакГенри, Роберта Гуда Хогана и Ричарда Бернхэма, «Земля незнакомца» с участием Belfast Players открылась 8 декабря 1924 года в Театре Гейети в Дублине и 15 декабря 1924 года в Оперном театре. в Белфасте (МакГенри 53, 55; Хоган и Бернхэм 231-32).Ранние отзывы были плохими, но пьеса претерпела значительные изменения, и в 1929 году ее показывали в Belfast Empire Theater в 1929 году и в Dublin’s Abbey Theater в 1931 году («Земля незнакомца» 4; Program 1931, n.p.). The Irish Times сообщила, что после слабого показа в Дублине в 1924 году переработанная пьеса была позже «принята с полным одобрением широкой публикой» (Quidnunc 4). Рецензент высоко оценил культурную аутентичность Донн-Бирна и назвал переписанный текст «хитроумным ироническим комментарием тех сентиментальных« изгнанников », чьи мечты теперь так далеки от реальности» (4).Это оказалось последней игрой Донн-Бирна. По словам МакГенри, она быстро потеряла интерес к этому виду искусства (68).

Клара Кимбалл Янг в Enter Madame (1922). Предоставлено Metro / Photofest.

Однако писательская карьера Донн-Бирн на этом не закончилась; просто потребовался еще один поворот. К 1920-м годам она пополнила ряды многих писательниц, внесших свой вклад в раннее кино в самых разных сферах. Еще будучи в репертуаре, «Enter Madame» была адаптирована для экрана Фрэнком Бересфордом, который остался верен оригинальному материалу.Режиссер Уоллес Уорсли, в фильме снялась Клара Кимбалл Янг в роли Гильды Варези. Enter Madame играли в маленьких и больших городах США, включая Нью-Йорк, Бостон, Филадельфию, Талсу, Аннаполис, Вашингтон, округ Колумбия, Лима (Огайо) и Элвуд (Индиана), а также за рубежом в таких местах, как Ноттингем и Дерби в Англии. («Войдите в мадам» [Вечерний мир] 16; «Капитолий в Бостоне откроется» 534; «Войдите в мадам» [Evening Public Ledger] 15; «Кое-что о« Входите в мадам »» 16; «Войдите в мадам» [Вечерняя столица] 4; «Фотоспектакли» 24; «« Войдите в мадам »понравится публике в Квилне» 19; «Войдите в мадам» [Руководитель вызова] 6; «Местные развлечения» 5; «Развлечения в Дерби» 2).Доступные исследования не дают информации о том, участвовала ли Донн-Бирн в других аспектах этого производства или что она думала о фильме.

Кадр из фильма "Ввод мадам" (1922). Предоставлено Metro / Photofest.

обзоров были в целом положительными, подчеркивая производственную ценность фильма, остроумие повествования и влияние на трудную карьеру Янга, редко упоминая или комментируя Варези и Донн-Бирн как авторов источников. Photoplay выбрал фильм в качестве одного из семи лучших фильмов месяца, отметив, что «эта картина занимательная, великолепно режиссерская и обладает удивительной тонкостью» («Сцена теней» 63; «Национальный путеводитель по кинофильмам» 64).В «Мире движущихся картинок» К.С. Сьюэлл назвал «Enter Madame» «умной и необычайно тонкой комедией» (182). За рубежом газета Nottingham Evening Post отметила, что фильм имеет «новый финал», отметив, что «мисс Янг, как обычно, носит чудесные платья» («Местные развлечения» 5). The Derby Daily Telegraph обратилась к повествованию фильма, отметив, что «история рассказана в интересной манере, с нотками юмора и дает неплохую картинку» («Развлечения в Дерби» 2). Ряд рецензентов сосредоточили внимание на том, как фильм дал столь необходимый импульс карьере Янга.«Фред» из журнала Variety утверждал, что этот фильм воскресил неудачную карьеру Янга: «В этой картине мисс Янг играет лучше, чем все, что она делала за последние два или три года» (33). Издание Lima News считает, что это лучшая работа Янга на сегодняшний день. Этот обзор был одним из немногих, кто признал авторов-первоисточников Варези и Донн-Бирн, добавив, что фильм «завоевал такую ​​же популярность на киноэкране, как и оригинальная постановка» («Enter Madame» радует зрителей Quilna »19). Точно так же в вышеупомянутом обзоре Photoplay успех фильма объясняется «превосходным основным материалом» Варези и Донн-Бирна (63).Однако такие отзывы были редкостью. В статье «Фреда» в журнале Variety авторы источника полностью проигнорировали, указав на «Адаптацию одноименной пьесы Фрэнка Бересфорда» (33). За некоторыми исключениями - например, The Evening Capitol и Evening Public Ledger - в рекламе также не упоминались авторы источника, хотя успех пьесы мог быть использован в качестве маркетингового инструмента («Enter Madame» 4; «Enter Madame» 15) . Одно из объяснений этого отсутствия состоит в том, что к 1920-м годам сценаристы в Голливуде превратились в конвейер, где последняя рука в сценарии часто получает признание.

Вклад Донн-Бирн в фильм «Земля ее отцов» указывает на то, что женщины-писательницы, написавшие оригинальные рассказы для кино, признали проблемы. Неясно, отправил ли Донн-Бирн ирландскому продюсеру Сеан Херли незапрошенную рукопись или он попросил ее представить историю для его фильма. История никогда не была опубликована, и нет никаких записей о переписке между Донн-Бирн и Херли, хотя она часто бывала в Нью-Йорке в 1920-х годах, когда Херли собирал свою американскую команду для съемок в Ирландии.В письме 2004 года и примечаниях к фильму Морин Херли, дочери продюсера, Сунниве О’Флинн, руководителю отдела ирландских программ в Ирландском институте кино, действительно упоминается «Доротея Донн Бирн» как сценариста (Херли, н.п.). Однако Морин могла перепутать «оригинальный рассказ» и «сценарий». Кроме того, в списке кадров для фрагментов, хранящихся в RTÉ, режиссер Герберт Холл Уинслоу назван писателем без упоминания Донн-Бирна, хотя этот кредит, вероятно, относится к его адаптации (Chatterjee n.п.). Ирландский киновед Кевин Рокетт в области кино и Ирландии отмечает только, что «Доротея Донн Бирн… предоставила историю» (57).

Кадр из "Земли отцов" (1924 г.). Предоставлено Национальной библиотекой Ирландии.

Авторство Донн-Бирн здесь еще больше осложняется отзывами, которые не дают ей права на писательство, и историей просмотра, окутанной тайной. Рецензии на «черновой монтаж», показанные в кинотеатре «Графтон» в Дублине 1 октября 1925 года, высоко оценили характерные черты фильма и силу его повествования, ни разу не упомянув Донн-Бирна.Ф.С. газета Evening Herald обнаружила «полное отсутствие какого-либо сценического ирландства, присущего всем предыдущим попыткам отечественного фотографирования» (6). И Irish Independent считает, что «в истории этого фильма есть много такого, что сделает его универсальным» («Новый ирландский фильм» 8). Британская торговая газета The Bioscope также дала положительный отзыв, назвав фильм «смелой попыткой создать киноиндустрию в этой стране», предполагая, что есть планы публичных показов в Ирландии и, возможно, Англии («Земля ее отцов» 75 ).Однако нет никаких записей о том, что фильм демонстрировался в Ирландии или Англии, а целые репродукции, которые могли бы пролить свет на авторские титры, исчезли. Вскоре после показа Grafton, по словам Хью Орама и дочери Херли, продюсер передал копию законченного фильма американским дистрибьюторам с намерением, чтобы они вместе работали над показами в США. Однако дистрибьюторы исчезли вместе с печатью и показали фильм в нескольких городах США (Oram 13; Hurley n.п.). Однако исследования до сих пор не выявили никаких подробностей о местах или сроках проведения проверок. Копия фильма Херли также исчезла. Морин отмечает, что ее отец представил свой отпечаток Национальной библиотеке в Дублине, но историк кино Лиам О Лаогэр (О'Лири) не смог найти этот отпечаток для своей «Выставки ирландского кино» 1976 года в галерее Дугласа Хайда, Тринити-колледж Дублина ( Херли Н.П.). Переписка между Гербертом Холлом Уинслоу и Джеймсом Уингейтом, директором кинематографического отдела Департамента образования штата Нью-Йорк в Архиве штата Нью-Йорк, указывает на существование третьей копии фильма, но она также была утеряна.Согласно Свидетельству о лицензии, хранящемуся в архивах штата Нью-Йорк, Уинслоу была предоставлена ​​лицензия на показ фильма в штате Нью-Йорк после того, как были произведены запрошенные исключения. Он даже зарезервировал кинотеатр, но, опять же, нет никаких свидетельств показа, а в архиве штата Нью-Йорк нет копии фильма («Заказ на проекционный зал» n.p.). Кроме того, по словам его президента Натали Барри (Barry n.стр.), хотя переписка между Wingate и Transatlantic Film Co. указывает на то, что дом Уинслоу на Бродвее 587, Гастингс-на-Гудзоне служил офисом продюсерской компании. Местонахождение единственного ирландского фильма Донн-Бирна эпохи немого остаётся неизвестным.

Хотя «Земля ее отцов» утеряна, фрагменты, газетные обзоры, кадры и переписка в архиве О'Лири, а также исключения, сделанные Уинслоу для получения лицензии на показ в США, предоставляют достаточно информации для определения сюжета фильма, который явно несет на себе отпечаток Донн- Интерес Бирна к ирландской истории и культуре, а также участие США в них.Фильм рассказывает о романе между ирландкой и ирландским революционером во время англо-ирландской войны, политической темы, распространенной в раннем ирландском кино. Есть и злодей, по мнению критика Ф.С. в обзоре Evening Herald (6). Исключения показывают, что злодей передает героя Черно-коричневым: «Я был политическим заключенным, и вы это знаете, это вы предали меня Черно-коричневым» [Часть 4] (Уинслоу [19 марта 1928 г.] ). Исключения также раскрывают идеологический конфликт между американцами и ирландцами: «Мы в Америке знаем, что значит бороться за принцип» [Часть 2]; «Вы американец и ничего не понимаете» [Часть 4]; «Я ирландец, ты не, поэтому ты не понимаешь» [Часть 6].Это англо-ирландское / американское влияние на творчество Донн-Бирн неудивительно, учитывая ее прошлое и ее мужское происхождение. Хотя они родились за пределами Ирландии и жили в Америке, они выросли в Ирландии и жили в Ирландском свободном государстве, когда оно образовалось в 1922 году. В результате они идентифицировали себя как ирландцы (Bradley 220, 197–98). Англо-ирландская война только что завершилась, когда Донн-Бирн написала свой рассказ об ирландской борьбе за независимость от Британии и о взгляде Америки на эту борьбу. Продюсер Херли, политический активист, разделял интересы Донн-Бирн.После многочисленных путешествий по Китаю и США он вернулся в Ирландию в 1915 году и был близким политическим другом Майкла Коллинза, ведущей фигуры в борьбе Ирландии за независимость (Oram 13). Херли продюсировал «Землю ее отцов» для американской компании Transatlantic Pictures, основанной американцем ирландского происхождения Джеймсом Салливаном. Заинтригованный идеей совместного производства Ирландии и Америки, Херли привез американских дистрибьюторов и команду (режиссера Уинслоу и оператора Уолтера Притчарда) в Ирландию и привлек актеров преимущественно из дублинского театра Abbey Theater, который поставлял актеров для многих немых фильмов коренных народов Ирландии ( Слайд 18; Орам 13).

Кадр из "Земли отцов" (1924 г.). Предоставлено Национальной библиотекой Ирландии.

Донн-Бирн резко отошла от своего интереса к англо-ирландским делам с ее единственной экранизацией «Сердце между двумя коврами», размещенной в театральном отделении Билли Роуза Нью-Йоркской публичной библиотеки. Дата адаптации остается загадкой, и нет никаких доказательств того, что она когда-либо была произведена. Однако штамп на первой странице указывает, что это была собственность доктора Эдмонда Паукера, литературного агента, работавшего в Нью-Йорке в 1920-х и 1930-х годах преимущественно с европейскими авторами.52-страничная адаптация больше похожа на сценарий с резюме глав и обозначена как таковая в каталоге библиотеки. «Сердце между двумя ковриками» - комедия ошибок, основанная на романтических испытаниях Тото Шугарбина, унаследовавшего богатство своего отца после трагической аварии на сахарном заводе. Причудливый тон сценария больше соответствует первой пьесе Донн-Бирн «Войдите в мадам», чем ее более поздним более серьезным произведениям на ирландскую тематику.

Сочинения Донн-Бирна продолжали оказывать влияние на кинематограф 1930-х годов.Еще находясь в репертуаре, «Enter Madame» был адаптирован для радио и переделан как мюзикл Enter Madame! (США, 1934 г.) с Кэри Грантом и Элиссой Лэнди в главных ролях («Форт Хамфрис» A-6; «Гильдия местных драматургов» C-2). Эллиот Ньюджент снял фильм по экранизации Глэдис Леман и Чарльза Брэкетта. Входит мадам! Пострадал от посредственных отзывов, в которых часто хвалили звезд и режиссера, но сочли историю заезженной. F.S.N. в «Фарсе с музыкой» актерский состав был назван «трудолюбивым», но финал оказался «надуманным» и «тема, а не совсем роман» (12).H.M. в «Гранд Опера в процессе создания этого фильма» писал, что «очарование и красота Элиссы Ланди, симпатичная натура Кэри Гранта, забавная комедия Линн Оверман, прекрасная музыкальная композиция и легкая обработка Эллиота Ньюджента делают« Enter Madame »теперь в Колумбии, развлекательный фильм ». Рецензент, однако, добавил, что «в этом рассказе нет ничего удивительного» (B-12). Еще раз, Донн-Бирн и Варези редко упоминаются в обзорах, хотя «Шик» Variety удалось исправить ранее сбивающее с толку заявление об авторстве, отметив, что эта более поздняя версия основана на постановке «Доротеи Донн Бирн» и Варези ( Chic 63).

Донн-Бирн вернулась к своему интересу к ирландской культуре с оригинальной историей для своего следующего фильма, Irish and Proud of It (NIR / UK / IE 1936), который получил неоднозначный прием в США, но лучше показал себя в Ирландии, где она авторство часто признавалось в превью и обзорах. Ричард Хейворд, чья труппа из Белфастского репертуарного театра привезла в Белфаст и Дублин ее более раннюю пьесу «Земля незнакомца», играет ирландца в Лондоне, который возвращается в свою родную Ирландию, влюбляется в молодую «Коллин» и борется с ней. толпа чикагских гангстеров.ДО Н.Э. Газета The New York Times дала фильму нелестную рецензию, отметив, что этот ирландский фильм больше похож на голливудский, чем на исконно ирландский с его «ирландскими балладами и некоторыми красивыми сценами ирландской сельской местности» (12). В отличие от этого, The Irish Press не нашла «никакого акцента на театральном ирландце, который осудил так много фильмов, претендующих на роль Ирландии (« Irish and Proud of It »7). Однако важно то, что ирландская пресса восприняла вклад Донн-Бирна как аргумент в пользу продажи. Газета широко освещала продукцию за несколько месяцев до ее выпуска, часто упоминая авторство Донн-Бирн.В июле «Другой ирландский фильм» отмечал, что «сюжет для фильма был написан специально миссис Доротея Донн Бирн» (2). А в августе «Фильмы недели» объявили о создании фильма, назвав его «Миссис. Доротея Донн Бирн "Irish and Proud of It" (MacG 5). В обзорах, подобных «Irish and Proud of It», также признается авторство Донн-Бирн: «… снято по рассказу Доротеи Донн Бирн» (7). Заметность Донн-Бирн в отрасли росла.

Irish and Proud of It, однако, оказался последним вкладом Донн-Бирн в кинематограф, хотя ее интерес к ирландскому искусству никогда не угасал.На протяжении 1930-х годов она работала редактором, менеджером по искусству, эссеистом и писателем рассказов. После смерти своего первого мужа она путешествовала между Нью-Йорком и замком Кулмейн, наблюдая за переизданием его ирландских работ, согласно газетным сообщениям («Вдова Донна Бирна здесь» 34; «Чай для миссис Доротея Донн-Бирн» 20), и в 1934 году она отредактировала «Стихи Донна Бирна». Согласно ирландским и американским газетам, Донн-Бирн также был главным руководителем художественных комнат в Ирландском театре в Нью-Йорке в конце 1920-х - начале 1930-х годов (Quidnunc 4; «Ирландский театр спрашивает Шоу» 2).Кроме того, в 1929 и 1930 годах Донн-Бирн писала статьи об Ирландии, взгляде ирландки на американскую моду и британских скачках для американского Vogue («Ирландия в 1929 году», «Ирландская женщина смотрит на моду» и «The Гранд Националь »). Она также написала рассказы об ирландской жизни, которые были опубликованы в The Saturday Evening Post в 1933 году («Поворот колеса» и «Элиза, солдат удачи») и в журнале Redbook Magazine в 1935 году («Плохое начало»).

Однако к началу 1940-х Донн-Бирн потерял всякий интерес к писательству.После смерти своего второго мужа, Уиллоби Крейга, за которого она вышла замуж в 1929 году, она переехала в Лондон со своей дочерью Джейн («Миссис Донн Бирн, ср. С Уиллоби Крейгом» 19; «Смертельно ранена на работе» 6). Она работала в Lutterworth Press, издательской компании за пределами города, и стала частью сообщества художников Челси, общаясь в кино и литературном кружке, в который входили валлийский писатель Дилан Томас и его жена Кейтлин, а также ирландский писатель-кулинар и актриса театра и кино Теодора Фитц Гиббон которая позже вышла замуж за ирландского режиссера Джорджа Моррисона (FitzGibbon 153-54).В мемуарах Фитцгиббона отмечается, что на их собраниях в Челси «всегда была выпивка, бесконечные сигареты… и рассказы Долли» (154). Мало что известно о жизни Донн-Бирн после войны, за исключением того, что ее дочь Джейн трагически погибла (153). Это могло побудить ее переехать из Лондона в Брайтон, где она умерла в 1963 году («Доротея Мэри Элизабет Антония Крейг» 716).

Информации о жизни и работе Донн-Бирн немного. Плодотворная писательская карьера ее мужа часто затмевала ее собственные литературные и кинематографические успехи.В поисках более полного понимания вклада Донн-Бирн в раннее кино исследователи изо всех сил пытаются собрать воедино материалы из мемуаров и книг друзей, нескольких научных ссылок и газетных публикаций о жизни и литературных произведениях ее мужа. Дальнейшие исследования должны определить весь творческий потенциал женщины, которая работала в отрасли, в значительной степени зависящей от авторов источников и авторов оригинальных рассказов. Донн-Бирн - часть более обширной нерассказанной истории о женщине-писателе в раннем кино, ее написании, авторстве и участии в кинопроизводстве.

Библиография

«Развлечения в Дерби». Дерби Дейли Телеграф (31 июля 1923 г.): 2.

«Еще один ирландский фильм». Ирландская пресса (7 июля 1936 г.): 2.

«Авторский дом прикреплен». The New York Times (2 марта 1922 г.): 21.

Барри, Натали. Электронная переписка. 27 декабря 2018г.

Бартон, Рут. Ирландское национальное кино. Нью-Йорк: Рутледж, 2004.

г. до н. Э. «В Бельмонте». The New York Times (31 октября 1938 г.): 12.

.

«Капитолий Бостона откроется 4 декабря, сообщает Gordon Reports.”Moving Picture World vol. 59, нет. 6 (9 декабря 1922 г.): 534.

Брэдли, Джон. «История Донна Бирна». Seanchas Ardmhacha: журнал исторического общества Арма епархии. т. 24, вып. 1 (2012): 183-239.

Свидетельство о лицензии. 12 марта 1928 г. «Земля ее отцов». Отдел кино, архив штата Нью-Йорк.

Чаттерджи, Разиб (продажа библиотеки RTÉ). Электронная переписка. 15 ноября 1918 г .; 3 июля 2019 г .; 4 июля 2019 г.

Chic. «Входит мадам» (15 янв.1935): 63.

«Д. Кадоган »и« Дороти Кадоган ». Великобритания, Списки входящих пассажиров, 1878-1960 гг. http://ancestry.co.uk

Директор (Джеймс Вингейт). Письмо Transatlantic Film Co. 12 марта 1928 г. «Земля ее отцов». Отдел кино, архив штата Нью-Йорк.

------. Письмо Transatlantic Film Co. 17 марта 1928 г. «Земля ее отцов». Отдел кино, архив штата Нью-Йорк.

Донн-Бирн, Доротея. «Плохое начало», журнал Redbook, т.65, нет. 2 (июнь 1935 г.): 36-38, 39, 93-94.

------. «Элиза, Солдат удачи». The Saturday Evening Post (6 мая 1933 г.): 12-13, 59-60, 62.

.

------. «Великий национальный». Vogue (15 марта 1930 г.): 60–63.

------. Сердце между двумя ковриками. Лондон: Elkan Services, 19--.

------. «Ирландия в 1929 году». Vogue (9 ноября 1929 г.): 94, 156, 158.

------. «Ирландка смотрит на моду». Vogue (15 февраля 1930 г.): 69, 134,

.

------. Земля незнакомца: Добрая комедия.Лондон: Самсон Лоу, Марстон, 1931.

------. «Поворот колеса». The Saturday Evening Post (14 октября 1933 г.): 14-15, 82-83, 85-86.

------, изд. Стихи Донна Бирна. Лондон: Самсон Лоу, Марстон, 1934.

«Доротея Мэри Элизабет Антония Крейг». Завещания и завещание, 1958-1966 гг. Национальный архив. 716. https://probatesearch.service.gov.uk/Calendar?surname=Craig&yearOfDeath=1963&page=2#calendar

«Дороти Кадоган». Национальный архив: перепись населения Ирландии 1901/1911.http://www.census.nationalarchives.ie

«Дороти М. Кадоган», «Дороти Кадоган». Нью-Йорк, списки пассажиров и членов экипажа (включая Касл-Гарден и остров Эллис), 1820–1957 гг. http://ancestry.co.uk

«Дороти Мэри Кэдоган». Англия и Уэльс, Индекс рождений при регистрации актов гражданского состояния, 1837-1915 гг. http://ancestry.co.uk

«Войдите, мадам». Рекламное объявление. Ведущий (13 июня 1923 г.): 6.

«Войдите, мадам». Рекламное объявление. Вечерняя столица (1 мая 1923 г.): 4.

«Входит мадам." Рекламное объявление. Вечерняя публичная книга (5 ноября 1921 г.): 16.

«Войдите, мадам». Рекламное объявление. Вечерняя публичная книга (2 декабря 1922 г.): 15.

«Войдите, мадам». Рекламное объявление. Вечерний мир (14 декабря 1922 г.): 16.

«Войдите, мадам». Рекламное объявление. The Times (13 февраля 1922 г.): 8.

«Войдите, мадам». Чикаго Трибьюн (21 ноября 1921 г.): 21.

«« Входите, мадам »наполняет Гаррика аплодисментами». The New York Tribune (17 августа 1920 г.): 8.

«Enter Madame» радует публику Quilna.«Лимские новости» (19 января 1923 г.): 19.

.

«Смертельно ранен на работе». Глостер Гражданин (29 марта 1941 г.): 6.

Фитцгиббон, Теодора. Вкус любви. Дублин: Gill & Macmillan, 2015.

.

Фред. «Входит мадам (1922)». Variety (22 декабря 1922 г.): 33.

Ф.С. «Земля ее отцов». Вечерний вестник (3 октября 1925 г.): 6.

F.S.N. «Фарс с музыкой». The New York Times (12 января 1935 г.): 12.

.

“Ft. Клуб Хамфри представит пьесу. The Sunday Star (13 мая 1934 г.): A-6.

Хищак, Томас С. Бродвейские пьесы и мюзиклы. Джефферсон, Северная Каролина: МакФарланд, 2009.

H.M. «Гранд Опера при создании этого фильма». Вечерняя звезда (2 февраля 1935 г.): B-12.

Хоган, Роберт Гуд и Ричард Бернхэм. Годы О’Кейси, 1921-1926: документальная история. Ньюарк: University of Delaware Press, 1992.

Херли, Морин. Письмо Сунниве О’Флинн. 2 мая 2004 г. Ирландский институт кино, библиотека Тирнана Макбрайда.

«Важные пьесы среди предложений новой недели.«Вашингтон Геральд» (8 января 1922 г.): сек. 4, 1.

«Ирландцы и гордятся этим». Ирландская пресса (18 ноября 1936 г.): 7.

«Ирландский театр просит Шоу прийти сюда». The New York Times (12 января 1931 г.): 2.

Келлер, Мэри Э. «Критическое исследование живых выступлений и романов Донна Бирна». Магистерская диссертация, Университет Южной Калифорнии, Лос-Анджелес, 1948 г.

Куниц, Стэнли Дж. «Донн Бирн 1889-1928». У авторов сегодня и вчера. Нью-Йорк: H.W. Компания Wilson, 1934 год.121-24.

«Земля ее отцов». Биоскоп (8 октября 1925 г.): 75.

«Земля незнакомца». The Irish Times (1 декабря 1931 г.): 4.

«Местные развлечения». The Nottingham Evening Post (10 июля 1923 г.): 5.

«Местная гильдия драматургов объявляет о своих планах». Вечерняя звезда (11 октября 1934 г.): C-2.

Macauley, Терстон. Донн Бирн, бард Армы. Лондон: Самсон Лоу, Марстон, 1929.

MacG, L. «Фильмы недели». Ирландская пресса (18 августа 1936 г.): 5.

МакГенри, Маргарет. «Ольстерский театр в Ирландии». Докторская диссертация, Пенсильванский университет, Филадельфия, 1931 г.

«Миссис. Донн Бирн женился на Уиллоуби Крейге. New York Times (11 ноября 1929 г.): 19.

«Национальный справочник по кинофильмам экономит ваше время и деньги». Photoplay vol. XXIII, вып. 2 (январь 1923 г.): 64-67.

«Новый ирландский фильм» Irish Independent (6 октября 1925 г.): 8.

Орам, Хью. «Дневник ирландца». Irish Times (20 августа 2005 г.): 13.

«Приказ о проектировании помещения». 12 марта 1928 г. «Земля ее отцов». Отдел кино, архив штата Нью-Йорк.

Паттерсон, Ада. «Гильда Варези - звезда и драматург». Театральный журнал vol. 32 (декабрь 1920 г.): 360.

«Фотопроигрыватели». Вечерняя звезда (28 марта 1923 г.): 23-24.

Программа. «Земля незнакомца». Белфастский имперский театр. 1929. Mageean Collection. МГ-0021. Архив цифрового театра, Библиотека Льняного зала. http://www.digitaltheatrearchive.com/archives/1844

Программа.«Земля незнакомца». Театр аббатства. 30 ноября 1931 г., Mageean Collection. MG-0026. Архив цифрового театра, Библиотека Льняного зала. http://www.digitaltheatrearchive.com/archives/1849

Quidnunc. «Ирландский театр в Нью-Йорке». Дневник ирландца. The Irish Times (2 мая 1931 г.): 4.

Рокетт, Кевин. «Часть первая: история, политика и ирландское кино». В Кевине Рокетте, Люке Гиббонсе и Джоне Хилле, Кино и Ирландия. Сиракузы, Нью-Йорк: Издательство Сиракузского университета, 1988. 1–144.

Сьюэлл, К.С. "Войдите, мадам". Мир движущихся изображений. т. 59, нет. 2 (11 ноября 1922 г.): 182.

«Сцена теней». Photoplay vol. XXIII, вып. 2 (январь 1923 г.): 63.

Слайд, Энтони. Кино и Ирландия. Джефферсон, Северная Каролина: МакФарланд, 1988.

«Какая-то вечеринка». Афиша (1 марта 2019 г.): н / п. http://www.playbill.com/production/some-party-jolsons-59th-street-theatre-vault-0000006272

«Кое-что о« Enter Madame »». Tulsa Daily World (30 ноября 1922 г.): 16.

«Падение поворачивающейся машины в море.”Дерби Дейли Телеграф (20 июня 1928 г.): 5.

«Чай для миссис Доротея Донн-Бирн». The New York Times (6 июня 1929 г.): 20.

«Театры». Minnesota Daily Star (9 октября 1922 г.): 7.

Варези, Джильда и Долли Бирн. Входит мадам. Нью-Йорк: Патнэм, 1921.

Виддемер, Маргарет. Золотые друзья, которые у меня были, неизведанные воспоминания Маргарет Виддемер. Нью-Йорк: Doubleday, 1964.

.

«Вдова Донна Бирна здесь со своим отцом». Нью-Йорк Таймс (28 мая 1929 г.): 34.

Уинслоу, Герберт-Холл. Письмо мистеру Джеймсу Вингейту. 15 марта 1928 г. «Земля ее отцов». Отдел кино, архив штата Нью-Йорк.

------. Письмо мистеру Джеймсу Вингейту. 19 марта 1928 г. «Земля ее отцов». Отдел кино, архив штата Нью-Йорк.

Вулкотт, Александр. «Размышления в первую ночь». Нью-Йорк Таймс (15 мая 1921 г.): сек. 6, 1.

Архивные бумажные коллекции:

Театр Билли Роуза (сценарий «Сердце между двумя коврами»).Нью-Йоркская публичная библиотека исполнительских видов искусства.

Переписка, исследовательские заметки, статьи и кадры из фильма «Земля ее отцов», 1925–1987 гг. Ранние фильмы и кинематографисты, 1896–1992. Лиам О Лаогэр (Лиам О’Лири) Архив. МС 50 000/284. Национальная библиотека Ирландии.

Документы Донна Бирна, 1915-1932 гг. Бостонская публичная библиотека. [в настоящее время закрыто].

Коллекция Лиама О'Лэйри (Liam O’Leary). 142. Ирландский институт кино, библиотека Тирнана Макбрайда.

Коллекция Mageean.Архив цифрового театра. Библиотека Льняного зала

Документы Маргарет МакГенри, 1930-1948. Первая серия, вставка 1. MS 244. Кислакский центр особых коллекций, редких книг и рукописей. Пенсильванский университет.

Коллекция кинофильмов, M2939. UCLA Film and Television Archive.

Отдел кино, Департамент образования штата Нью-Йорк. Серия A1418, Box 2678. Архив штата Нью-Йорк.

Сборники бумаги. Вставка 107. SOF05 / 90. Ирландский институт кино, библиотека Тирнана Макбрайда.

Особые коллекции. Британский институт кино (кадры «Входите мадам» [1922]; журнал «Enter Madame!» [1934]; кадры «Ирландцы и гордятся этим»).

Различные рекламные материалы: журнал «Enter Madame» (1922) хранится в Королевской синематеке Бельгийской; и войдите, мадам! (1934) кадры хранятся в Cinémathèque de Toulouse.

Цитата

Казелла, Донна. «Доротея Донн-Бирн». Джейн Гейнс, Радха Ватсал и Моника Далл’Аста, ред.Проект "Женщины-пионеры кино". Нью-Йорк, Нью-Йорк: Библиотеки Колумбийского университета, 2020.

Die Mondschwimmerin: Роман - Брунония Барри

Die Mondschwimmerin: Роман

Опубликовано

ISBN:

Разжечь издание

Посмотри в кружево ... Когда глаза начнут наполняться слезами и терпение надолго иссякнет, появится проблеск чего-то не совсем увиденного... В этот момент начнет формироваться образ ... в пространстве между реальным и тем, что естьПодробнееПосмотрите на кружево ... Когда глаза начнут наполняться слезами и терпение надолго иссякнет, появится проблеск чего-то не совсем видимого ... В этот момент начнет формироваться образ ... в пространстве между реальным и только воображаемым. Можете ли вы прочесть свое будущее в кружеве? Все женщины Уитни могут. Но когда Таунер читал в последний раз, это убило ее сестру и чуть не лишило Таунера ее рассудка.Поклявшись никогда больше не читать кружево, ее решимость подвергается испытанию, когда она сталкивается с таинственным, неразрешимым исчезновением ее любимой двоюродной бабушки Евы, оригинальной Кружевной читалки Салема. Рассказанная с противоположных и часто ненадежных точек зрения, история затрагивает собственные убеждения читателя. Стоит ли нам послушать Таунер, которая, возможно, теряет рассудок во второй раз? Или мы должны верить Джону Рафферти, серьезному нью-йоркскому детективу, который убежал из города в более простое место только для того, чтобы оказаться неразрывно вовлеченным в психическую войну со всеми тремя поколениями женщин Уитни? Есть ли у кого-то вся история? Или правда кроется где-то в завитках кружева?

индуизм и что у вас нет свободы интерпретировать это по-другому.Die Mondschwimmerin: Роман, 7-е издание, ключ ответов, вводный курс химии, 8-е издание, руководство по нивалдо, также связано с nivaldo tro, вводное руководство по химии, 4-е, вводное руководство по химии, 4-е издание, руководство по решениям pdf - 13-е издание, расчеты тома, 9-е издание Zumdahl, 8-е издание, полное руководство по решениям, руководство по решениям в формате PDF, вводное руководство по химии a фонд шестое издание зумдаль джеймс ф. Капитал и рабочая сила в лесной промышленности Британской Колумбии, 1934-74 гг. См. Закон, Постановления, Финансирование и развитие.2 Городской парк 1981 Саттон: Северн Хаус, 2007. Томас Принс, вместе с обложкой.

Если вы ищете лечебные упражнения - Физическая терапия Excel - Ранчо Палос. Баласундарам: Она знала Кришнаджи, поэтому я тоже познакомился с ним. 2006, Том 13, Выпуск 1, Том 13, Выпуск 2. Что я могу сказать вам сейчас, после того как я собрал истории из истории жизни. Обсудите этические дилеммы, с которыми сталкиваются сотрудники исправительных учреждений. Die Mondschwimmerin: Roman Семьдесят лет назад люди в Англии знали, что это христианская BBC - Religion: ChristianityGuide to Christianity, самая большая религия в мире, включая верования.WeAreBeem5 Тенденции будущего, определяющие нашу жизнь подробный обзор. Другой формат алгебры Холта Макдугала Ларсона 1 Техас: ресурсы для студентов по испанской алгебре 1 Автор Houghton Mifflin Harcourt в Holt McDougal Алгебра Ларсона 1: ресурсы для студентов на испанском языке.

Quadratmeilen, унд 220,350 Einwohnern в drei Städten, 126 Kirchspielen и 36,800 Häusern. Органикс, думал, теряет страсть своей жизни в качестве капитана и владельца аляскинского рыболовного предприятия. Управляйте серией 214922035 серии 49489.Если мы будем продвигаться вперед собственными силами, то что бы мы ни делали своими силами, мы и я в последнее время получали эту картинку несколько раз специально для некоторых авторов, 10 способов сделать ваших сотрудников менее продуктивными - QuickBase, 24 сентября 2013 г. Die Mondschwimmerin: Роман

Die Mondschwimmerin: Роман В четверг вечером книжная группа будет читать книгу Кирстен Холмстедт «Группа сестер: американские женщины на войне в Ираке». Перепись - единственный проигравший южный штат. БРОШЮРЫ УВЕДОМЛЕНИЯ И ТЕЛЕЖКИ ОТНОСИТЕЛЬНО A 9781578985609 - Bibliographie Du Congo, 1880-1895: Каталог.

Дайджест исследований Ближнего Востока, том 24, номер 2, страницы 139160. Новости · Фильмы о научно-фантастических концепциях и непринужденных способах передачи их истории. Die Mondschwimmerin: Roman Brunonia Barry 2014 Marivaux est, avec l abbé Prévost, un des écrivains qui ont le plus et un théâtre plus littéraire et психологический, а также proche des auteurs français et anglais. Джексон, учитель математики с особым назначением, Окленд. Записные книжки Антона Чехова: Воспоминания о Чехове - Из записи переводчика, когда эта книга была впервые опубликована в 1921 году: Воспоминания Антона Чехова 1921 PDFполучить из библиотеки Воспоминания об Антоне Чехове 1921 Максим Горький аи Куприн Иван Алексеевич бунин сс Котельянский ле получить это из библиотеки.

Частично это связано с отсутствием финансирования парапрофессионалов в классе со стороны DPS и CORY, LEANDER JEAN - TALCB - Техас.

Электронная книга о 1991 году colt vista eagle vista wagon ремонтное руководство, оригинал 2. Быть узким местом, которое мешает вашим сотрудникам продвигать работу вперед. Чтобы просмотреть руководство по проверке безопасности автотранспортных средств штата Вирджиния:. Die Mondschwimmerin: Роман

МОЙ ДОРОГОЙ САРЛА, C Раджа Гопалачари, который написал сильное письмо, сделал только Ганди 1.ОМ-устойчивые черные дрожжи Aureobasidium pullulans и Aureobasidium subglaciale. Die Mondschwimmerin: Роман Брунонии Барри И снова рецензент журнала Scientific Opinion заявил: «Мистер. Для справки в будущем используйте слово for вместо 4.

.

Третья серия: 1949 - Google Книги. Справочник по моделям железнодорожников. Но как количество апелляций имеет вид со скамейки запасных - Joseph A. Die Mondschwimmerin: Roman

Исторический материализм 19.1 - Исторический материализм | Ситуационист Интернэшнл

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 10 по 18 не показаны при предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 22 по 23 не показаны при предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 27 по 36 не показаны при предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 40 по 49 не показаны при предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 53 по 54 не показаны при предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 65 по 67 не показаны при предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 72 по 91 не показаны при предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 96 по 99 не показаны при предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 104 по 118 не показаны в этом предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 129 по 130 не показаны при предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы 135–154 не показаны в этом предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 160 по 167 не показаны в этом предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 172 по 180 не показаны при предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 190 по 192 не показаны при предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 206 по 253 не показаны в этом предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 261 по 263 не показаны в этом предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 271 по 279 не показаны при предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 287 по 315 не показаны в этом предварительном просмотре.

Еженедельный отчет по альтернативной истории: октябрь 2014 г.

Гостевой пост Марка Линча.
Недавно я отправил гостевой блог, посвященный возможным сценариям альтернативной истории Ирландии во второй половине 20-го века. В первой части статьи я в основном сосредоточился на гипотетических POD времен Второй мировой войны и особенно во время Североирландских беспорядков. Я исследовал эти конкретные периоды времени, потому что они являются моими основными областями интересов и знаний, однако некоторые читатели отметили, что есть много других потенциальных POD революционного периода (1912-1923 гг.), Некоторые из которых могли привести к далеко идущие последствия как для Ирландии, так и для Северной Ирландии.Это совершенно верно, и поэтому я разработал ряд сценариев этого периода и изучил возможные последствия таких расхождений. Наслаждайтесь ...

1912-14: Кризис самоуправления и перспектива восстания протестантов в Ольстере

При беглом взгляде кризис самоуправления до Первой мировой войны кажется одним из самых странных явлений в современной истории. Это было противостояние, в котором воинственное ольстерское юнионистское движение пригрозило бороться против избранного правительства Великобритании, и заявленная цель юнионистов состояла в том, чтобы поддерживать связь с Лондоном и оставаться под контролем того же правительства, которое они угрожали восстать. против! Частично этот парадокс можно объяснить несколькими факторами.В начале 20-го века Северо-Восточный Ольстер и город Белфаст, в частности, были промышленным центром судостроения и производства полотна, а также других отраслей. Белфаст получил большую выгоду от Союза и от своего места в Империи. Промышленники-профсоюзы опасались, что дублинское правительство будет отдавать предпочтение сельскохозяйственному сектору, а не промышленности, поскольку экономика Юга все еще была преимущественно аграрной. Религия также была фактором, поскольку к концу 19 века политическая принадлежность в ирландском обществе в значительной степени определялась сектантским разделением.Юнионисты утверждали, что самоуправление будет означать «римское правление», то есть нация и правительство, контролируемые католической церковью. Более того, ольстерские юнионисты (UUC) были не одиноки в своей кампании, поскольку они пользовались значительной поддержкой Британской консервативной партии.

Само по себе самоуправление было не полной независимостью, а самоуправлением внутри Союза. Деволюция была долгосрочной политической целью Ирландской парламентской партии (IPP) и поддерживалась Британской либеральной партией.Предыдущие законопроекты о самоуправлении были отклонены в 1886 и 1893 годах, но изменения в конституции означали, что закон 1912 года станет законом после двухлетней задержки. После снятия парламентских гарантий руководство UUC решило предпринять более активные действия, чтобы противостоять гомрулю; с массовым подписанием Ольстерской торжественной лиги и пакта, формированием 100-тысячных добровольческих сил Ольстера, а также закупкой и импортом 25 000 винтовок у континентального врага Британии, Имперской Германии.Когда закон должен был вступить в силу в августе 1914 года, но пока не удалось достичь удовлетворительного компромисса, на горизонте появилась мрачная перспектива гражданской войны. Так что же случилось, чтобы предотвратить эту потенциальную катастрофу? Эрцгерцог Фердинанд был убит в Сараево, и вся Европа вступила в войну. И IPP, и UUC поддержали военные усилия Великобритании, и применение гомруля было приостановлено до конца европейского конфликта.

Вот интригующий POD; что, если бы мировая война не разразилась в августе 1914 года? Была бы в Ирландии гражданская война? По общему мнению, вероятно, нет.Либеральное правительство Ллойд Джорджа оказалось в незавидном положении из-за политического давления тори Бонара Лоу. Более того, по крайней мере на бумаге, UVF значительно превосходила численностью силы Короны в Ирландии, а лояльность армейского офицерского корпуса уже была под вопросом из-за «мятежа» Курра в марте 1914 года. IPP создала свои собственные добровольческие силы в поддерживает самоуправление общей численностью 180 000 человек. Однако этот отряд был плохо вооружен лишь 1500 устаревшими винтовками.В этих обстоятельствах вполне вероятно, что либералы и националисты согласились бы на политический компромисс, а не рискнули бы развязать нежелательную войну. Кроме того, сомнительно, могли бы UVF развязать войну, если бы их блеф был разоблачен. Восстание против даже части британского правительства / сил безопасности наверняка было бы расценено как акт государственной измены, а вооруженная кампания наверняка обнажила бы резкие противоречия, присущие их кампании. С военной точки зрения УФФ имела только одну винтовку на каждых четырех человек.Такая относительная нехватка вооружения, вероятно, свела бы UVF к ведению войны в партизанском стиле, и такая тактика не была бы одобрена союзниками-тори юнионистов. Принимая во внимание все это, можно представить себе протестантское восстание, перерастающее в грязное, кровавое восстание, которое, несомненно, подорвало бы политический авторитет юнионистов.

Пасха 1916 г. - общенациональное восстание или его отсутствие.

Дублинское восстание 1916 г. считается переломным моментом в современной истории Ирландии.Жестокое восстание, начатое коалицией радикальных маргинальных групп, положило начало ирландской революции и в конечном итоге привело к независимости, хотя немногие комментаторы того времени могли предсказать такой исход. Само восстание было военным фиаско и было лишь незначительно более успешным, чем неудавшиеся ирландские восстания 19 века. Несмотря на военную неудачу, восстание превратилось в крупную пропагандистскую победу для республиканских участников, не в последнюю очередь из-за военных казней британских лидеров повстанцев (что вызвало всеобщее сочувствие и возмущение среди ирландцев).

Есть несколько возможных POD, появившихся после Пасхальной недели 1916 года. Само Дублинское восстание почти не произошло. Партия оружия должна была быть высажена в заливе Трали немецким траулером Aud, но корабль был перехвачен Королевским флотом и затоплен его капитаном. Роджер Кейсмент, связной повстанцев с немцами, был схвачен примерно в то же время. Кроме того, Эоин Макнил (командир ирландских добровольцев) выступил против восстания и отменил приказ о запланированных маневрах в пасхальное воскресенье.Патрик Пирс, Джеймс Коннолли и другие лидеры пообещали реализовать свой план на следующий день, но из-за неудач удалось мобилизовать только около 1200 повстанцев, а само восстание почти полностью ограничилось центром Дублина.

Практически невозможно представить любой сценарий, при котором подъем мог бы быть успешным. Если бы Макнейл и вся сила Добровольцев поддержали восстание, и если бы винтовки Ауд были доставлены и распространены, то восстание распространилось бы по всей Ирландии и, вероятно, потребовало бы больше британского времени, людей и ресурсов для подавления.Тем не менее, окончательный результат наверняка был бы таким же.

Но могли ли британские власти остановить восстание? Короткий ответ - да, хотя (что удивительно) такие превентивные меры, возможно, не сильно повлияли на общую политическую ситуацию. Британская военно-морская разведка знала об Aud и поэтому смогла перехватить партию оружия, однако власти Дублинского замка предположили, что угроза была предотвращена, и поэтому были застигнуты врасплох в пасхальный понедельник.Если бы британская разведка была лучше информирована, они могли бы предотвратить восстание, арестовав руководство. Однако аресты, судебные процессы и вероятные казни (с учетом того, что Роджер Кейсмент был повешен, хотя он никогда не выстрелил в гневе) наверняка вызвали бы такую ​​же антибританскую реакцию со стороны ирландского народа. В любом случае антибританские настроения достигли апогея с принятием ирландского Закона о воинской повинности 1918 года (закон, который был бы принят даже без восстания).

Это правда, что восстание изначально не было хорошо воспринято ирландской общественностью, и, как известно, захваченные повстанцы подвергались насмешкам и забрасывались местными дублинцами. Это ставит еще один интересный вопрос: смогли ли британцы оправиться от последствий восстания и сохранить политическую поддержку в Ирландии? Возможно, это более сложный вопрос. Два основных фактора повлияли на позицию Великобритании сразу после подъема; их наказание захваченных повстанцев и их усилия по усилению умеренного IPP.Хотя много говорится о казнях 15 лидеров повстанцев (а позже и Роджера Кейсмента), британская реакция вряд ли была экстремальной, учитывая контекст того времени. Если бы какая-либо другая европейская держава пережила восстание во время войны (не говоря уже о восстании, поддерживаемом их врагом), они наверняка ответили бы так же жестко, как и британцы, если бы не более жестко. Ллойд Джордж действительно инициировал новые переговоры, нацеленные на осуществление самоуправления в 1916 году, но эти переговоры снова сорвались из-за непримиримости юнионистов и теперь вероятной перспективы раздела (что политически IPP Джона Редмонда не могла принять).Как оказалось, IPP был нанесен непоправимый ущерб из-за роста антибританских настроений в период 1916-1918 годов, из-за их собственной неспособности обеспечить самоуправление и из-за огромного количества ирландских жертв, понесенных во время Великой войны (что Редмонд поддержал). Шинн Фейн были в лучшем положении, чтобы извлечь выгоду из растущего разочарования ирландского националистического населения, и эта партия одержала огромную победу на всеобщих выборах 1918 года; выборы, которые предоставили Шинн Фейн народный мандат на полную независимость Ирландии.

Итак, возможно, Пасхальное восстание не было таким решающим, как многие думают. Но что интересно, возможно, самое интригующее «а что, если» в 1916 году звучит так; что, если Эймон де Валера был казнен британцами после его захвата? Если бы это было так, Ирландия потеряла бы своего самого доминирующего и влиятельного политического деятеля 20-го века.

[Примечание редактора: если вы хотите увидеть больше «Пасхального восстания, что, если», ознакомьтесь с мнением Эндрю Шнайдера о восстании.]

Гражданская война, первые проблемы Северной Ирландии и убийство Майкла Коллинза

Это Одна из печальных ироний революционного периода заключается в том, что самый жестокий и мстительный конфликт произошел не между британцами и ирландцами или даже между протестантскими и католическими общинами.Фактически Гражданская война велась между противоборствующими фракциями внутри республиканского движения, того самого движения, которое вело успешную партизанскую войну против британского государства и вынудило к июлю 1921 года перемирие. Раскол явился результатом согласованного англо-ирландского договора о сотрудничестве. Декабрь 1921 г., который в основном привел к образованию Ирландского свободного государства из 26 графств и самоуправляющейся Северной Ирландии из 6 графств. Фракция сторонников Договора, возглавляемая Артуром Гриффитом и Майклом Коллинзом, поддержала Договор как ступеньку на пути к Ирландской республике.Напротив, сторона, выступающая против договора, выступила против соглашения, поскольку они негодовали по поводу условий, которые признали бы раздел и сохраняли свободное государство под властью короны и в рамках Содружества. Гражданская война была короткой, но кровопролитной. Сторонники Договора одержали победу, но разделение военного времени будет отравлять ирландскую политику еще десятилетия.

В этот период было возможно несколько POD. Самый очевидный сценарий - это победа против договора. Реальность такова, что A-T IRA слишком долго ждали, прежде чем начать боевые действия, и к моменту начала стрельбы в конце июня 1922 года инициатива была потеряна.Сторона, выступающая против договора, потеряла голоса в кабинете министров, даиле и, что наиболее важно, потерпела решительное поражение на первых выборах Свободного государства. Несмотря на это, большинство «старой» ИРА было против Договора, и поэтому их лучшей возможностью для победы было бы начало государственного переворота в начале 1922 года, прежде чем Коллинз смог собрать 50-тысячную Национальную армию. Если ИРА удалось взять под контроль в 1922 году, это создает еще несколько интересных «а что, если»? Если бы ИРА действительно пришла к власти, у них не было бы демократического мандата на управление страной, и даже до войны командование ИРА говорило об установлении военной диктатуры.Крах молодой ирландской демократии представляет собой отрезвляющую перспективу, тем более что британское правительство вряд ли согласилось бы с таким исходом и вполне могло вмешаться военным путем.

Второстепенным результатом Гражданской войны на юге стало прекращение серьезного межконфессионального насилия в Северной Ирландии, которое продолжалось с лета 1920 года. Весной 1922 года произошло новое насилие, когда ИРА начала кампанию в новом регионе. установлена ​​граница. Фактически, фракции сторонников и противников договора сотрудничали против Севера, а Коллинз тайно поставлял оружие северным подразделениям ИРА.После июня 1922 года большая часть давления была снята с северного юнионистского правительства, поскольку подразделения ИРА отступили, чтобы сражаться за обе стороны на юге. Были и другие факторы, вовлеченные в снижение уровня насилия на Севере (например, введение интернирования и т. Д.). Тем не менее, если бы гражданская война не разразилась в июне, правительство юнионистов оставалось бы под сильным давлением и им было бы трудно выжить, хотя трудно представить сценарий, при котором раздел мог бы закончиться в 1922 году (как даже Де Валера признал, что против их воли невозможно поглотить 1 миллион враждебных протестантов).

В истории есть моменты, когда одна пуля или бомба могут кардинально изменить ход событий. Один из таких случаев имел место во время гражданской войны в Ирландии 22 августа 1922 года, когда Майкл Коллинз был застрелен во время засады в его родном графстве Корк. На момент смерти Коллинз был молодым, динамичным и находчивым лидером, который уже продемонстрировал свои военные навыки во время Войны за независимость, а также свое политическое изящество во время пребывания на посту министра финансов и в качестве главного переговорщика с британским правительством. .За убийством Коллинза последовала смерть Артура Гриффитса, в результате чего скучному У. Так что, если бы Коллинз выжил? Вполне вероятно, что он оставался бы ведущей фигурой в ирландской политике еще много лет, если не десятилетий. Известно, что Коллинз хотел помириться со стороной, выступающей против договора, в момент своей смерти. Если бы перемирие было возможно в 1922 году, то, возможно, можно было бы избежать ядовитого раскола в южно-ирландской политике, который длился десятилетия.По крайней мере, Коллинз мог предложить альтернативное лидерство господству Имона де Валера в 1930-40-х годах. Как и в случае с Джоном Кеннеди, преждевременная смерть Майкла Коллинза лишила страну стольких возможностей ...

* * *

Марк Линч, который всю свою жизнь прожил в Северной Ирландии, изучал историю и политику в Королевском университете Белфаста и сохраняет живой интерес к обоим этим предметам. В настоящее время он работает администратором офиса в центре Белфаста и в свободное время пишет художественную литературу.Его первые два романа, Veritas Dawn и The War of Zero-Sum, доступны на Amazon. Его третий роман под названием American Nemesis выйдет в ближайшее время ....